Шуры-муры с призраком

Я потрясла головой и попятилась к двери, а Григорий Петрович вещал дальше:

– Епифан прожил много лет, его похоронили в стеклянном гробу, на крышке его скапливается жидкость, я ее собираю и делаю это средство…

Моя спина уперлась в створку, я толкнула ее пятой точкой, вывалилась в коридор и поспешила подальше от кабинета, ощущая, что в желудке творится нечто нехорошее. Вдобавок почему-то сильно защипало в горле, я села на стоящий рядом диванчик и опустила голову.

– Вам плохо? – спросил знакомый голос.

Я подняла голову и увидела Аню.

– Что случилось? – заботливо спросила та.

– Григорий Петрович дал мне… – прошептала я и начала икать.

Медсестра быстро огляделась по сторонам, приложила палец к губам и поманила меня рукой. Я кое-как встала и последовала за ней, а она подошла к двери с табличкой «Посторонним не входить», приоткрыла ее и сделала приглашающий жест. Я нырнула внутрь и очутилась в небольшой комнатушке, посередине которой стояла покрытая одноразовой простынкой кушетка.

– Не волнуйтесь, – улыбнулась Аня, – кота Епифана не существовало. Полагаю, Григорий Петрович берет свою замечательную воду из крана в туалете. Вы, наверное, поняли, что доктор… того… чуток странный.

– Сколько ему лет? – поддержала я интересный разговор.

– На этот вопрос никто ответа не даст, – хихикнула медсестра, – выглядит он на триста, вот-вот развалится.

– Почему доктора, у которого явные проблемы с головой, держат на службе? – недоумевала я.

Аня прислонилась спиной к подоконнику.

– Он отец Майи Григорьевны, нашего психотерапевта, а заодно и владелицы клиники. Бесполезно ей объяснять, что отец плавно въехал в маразм. Григорий Петрович в нашей клинике недавно появился, где-то полгода тому назад. Он дерматолог, наверное, был раньше хорошим специалистом, потому что пациентам пару раз дельные советы давал, вылечил одну клиентку от экземы. Никто с ее проблемой справиться не мог, бедняга в куче клиник побывала, а дедуля ей копеечную мазь выписал, и все прошло.

Аня тяжело вздохнула.

– Ну и куда его деть? Майя Григорьевна отца любит, а тот работать хочет. Профессор к нам каждый день приходит. Дочь его домой отправит, а он через полчаса опять здесь. Пришлось Майе ему кабинет оборудовать, он там теперь сидит, клиентов ждет. Понятное дело, никого к нему не посылают, бедолага заскучает, выйдет к рецепшен и маячит там.