Шут и слово короля

То и дело кто-нибудь за королевским столом изрекал какую-нибудь глупость, на которую Кука немедля отвечал.

— Как же так, — спросил кто-то из вельмож, глядя на Эдина, — циркачка выйдет за благородного. Одной циркачкой станет меньше. Что же делать? — это явно было подначка для короля-шута.

— Дело ясное, господа, — ответил Кука. — Надо женить другого благородного на циркачке и отправить в цирк! Равновесие превыше всего! — при этом он выразительно посмотрел на барона Лажана, рукав которого вновь украшала пестрая повязка шутовского управителя, и которому следовало бы сесть за шутовской стол, но он предпочел этого не делать.

Кстати, повязка на рукаве барона почему-то стала вдвое уже — как тесемочка.

На лице барона появилось раздражение и работа мысли, но ответил принц.

— Отчего же нет. И мы тут видим еще одного благородного, которому общество шутов нравится намного больше нашего. Правда, лорд Рай?

— Боюсь, не справлюсь, ваше высочество, — учтиво ответил Рай, — мой характер все знают, я больше сижу молча, рта стараюсь не раскрывать…

Выпад в сторону принца был слишком очевиден, и в то же время изящно тонок — даже Кука одобрительно фыркнул, очень тихо, впрочем.

— А почему это его шутовское величество помалкивает, а ты, Кука, за него отдуваешься? — поинтересовался король. — Глядите, вот поменяю вас местами!

— Никак нельзя, ваше величество, — тут же отозвался Кука, — это все равно что поменять местами вас и первого министра.

Замечание короля было справедливо, Эдин не отрабатывал роль и на медяк, но… Слишком много смятения было в его душе, не шутилось.

Граф — умирает? Аллиель, Милда, Якоб, Вудуду наконец…

Веселый королевский завтрак!

Этот день, второй день праздника, ещё назывался Днем Прощения. Он не был перегружен событиями — надо же королю и его ближним отдохнуть после славной охоты. Праздничная обязанность нашлась только Эдину: он опять, разодетый и в соломенной короне, проехал все на той же коняшке по улицам до площади.

Теперь в него не бросали яблоками, он сам вез корзину, в которой лежали семь крупных яблок. Свита короля-шута на этот раз собралась вдвое меньшая, но Рай поехал, как же без него. И Кука тоже, гарцевал на приличных размеров кобыле, возможно, для контраста: большой Эдин на маленькой коняшке, а маленький Кука на большой. Надо сказать, Кука отлично справлялся со своей лошадью — еще один повод подивиться способностям маленького человечка.