Шут и слово короля

— Эдин! Ты здесь? Милый, ну открой же, пожалуйста! Что-то случилось? — Аллиель робко постучала.

Она ушла, а он опять прикрыл глаза ладонью.

Можно ведь побыть одному еще недолго?

Его отец. Король. Он обидел Графа и…

Он думал, что имеет право на все, он же король. Он не сомневался, что Граф покорно снесет любой его пинок — он же король! Граф, может, и снес бы, сочтя это своим долгом перед королем, если бы тот не трогал его дочь. Королю не следовало вымещать недовольство на новорожденной девочке. Этого Граф не стерпел, и король расплатился за минутную слабость своим сыном, своей семьей, своим счастьем…

Потому что тот, кого ударили, всегда хочет ударить в ответ.

Вопрос в том, может или нет. А если — может? Сам Эдин стал бы терпеть, или ударил бы?

Без сомнения, свою семью он защищал бы до последнего. А не испытывать трепета перед королем он уже научился. Графу и учиться было не надо. Король, должно быть, так и остался для Графа мальчишкой, не слишком достойным трона.

Другое дело, что защитить Аллиель можно было и иначе.

Пожелай тогда Граф, и король никогда не добрался бы до его дочери. Значит?..

Ему было лет двадцать тогда? Эта его особенность — обет держать данное слово, даже пустячное, поначалу никого особенно не беспокоила, ведь в короли прочили другого. Он вырос в тени старшего брата, так некстати влюбился в его невесту, а потом вдруг получил и любимую, и корону. Он еще не наигрался своим нежданным могуществом. Карая нелюбимого отцовского советника, решил покуражиться, и за это получил сполна.

И Эдин, получается — тоже сполна. Хотя был виновен не больше Аллиель.

И мама… то есть королева Элвиса. И маленький брат, который умер. И Эрдад, который так рано остался без мамы. И королева Кандина. И…

Нельзя думать так, потому что то, что не случилось, никому не известно, а предположения — им цена медяк.

Тот мальчишка из цирка… Он был так счастлив, когда обнаружил свою странную власть над мохнатым медвежонком. Ему нравилось выступать на круге, учиться у Димерезиуса и Якоба.

Он подружился с Милдой и был так счастлив узнать, что она его сестра. И пусть на самом деле это не так, что с того? Он до сих пор помнит, что испытал, когда впервые выиграл у Графа в шахматы, и когда узнал, как граф подыграл ему — в первый раз. И призраки в подземелье. Аллиель. Школа. Рай. И даже шуты в Лирском замке. Много-много всего, из чего сложилась жизнь Эдина Вентсивера, и вот что: ни от чего этого он не хотел бы отказаться.

Ни за что не хотел бы.