Шут и слово короля

Тебе нравится? Мою маму звали Виоликой… в общем, мне бы очень хотелось, чтобы ты это носила.

— Спасибо, Эдин, — Аллиель то ли вздохнула, то ли всхлипнула. — Оно мне очень нравится. Так нравится, что даже сказать не могу, как! Помоги надеть, а?

Эдин надел ожерелье на шею Аллиель, застегнул крошечный замочек. Ему тоже нравилось. Вещичка была, может быть, не слишком драгоценной, но красивой — определенно.

— Отец никогда не покупал мне ничего такого, — сказала Аллиель. — А все мамино забрали в королевскую казну.

— Почему же ты его не попросила? — удивился Эдин. — Он бы наверняка купил, если бы знал, что ты хочешь.

— Нет, — девочка качнула головой. — Не купил бы. Он не покупает ненужные вещи, совсем. Знаешь, мне очень приятно, что память о своей маме ты отдал мне. Я буду её очень беречь. Ты ведь обещал быть мне братом, помнишь? А теперь ты еще больше мне брат, правда? Расскажи о своей маме!

— Я тебе ничего не обещал, — заметил Эдин с улыбкой. — Сама все выдумала. А моя мама, она… она была замечательной.

Его прервал резкий стук в дверь, и появилась Меридита.

— Леди Аллиель, почему вы тут?!

Должно быть, в честь особого дня голос Меридиты был не грозный, а почти ласковый, зато заданный вопрос — тот же самый.

— Леди Аллиель, его светлость ждет вас внизу. И все мы ждем, спускайтесь скорее, дайте на вас полюбоваться!

— Пошли! — Аллиель потянула Эдина за руку.

Граф действительно ждал, сидел в кресле посреди коридора, а домашние столпились вокруг. При виде Аллиель все захлопали в ладоши.

— Девочка моя, — Эдин мог бы поклясться, что глаза Графа влажно заблестели.

— Аллиель Кан, наследница Вердена, — продолжал Граф торжественно, — в каком бы мире ни пребывала сейчас ваша прекрасная мать, она видит вас и гордится вами. И я, ваш отец, тоже вами горжусь.

— Ах, отец! — Аллиель бросилась ему на шею, действительно чуть не наступив на длинный подол; Граф обнял её и прижал к себе.

— Сегодня здесь должен бы быть бал, моя девочка, — сказал он негромко. — Но это у тебя еще впереди, даже не сомневайся.

Аллиель вдруг рассмеялась.

— Вот бы и сегодня хоть чуть-чуть потанцевать! Отец, неужели совсем нельзя?

— Можно, — решил Граф. — Виллен, и вы, парни, доставайте свои дудки. Выбирай кавалера, Аллиель.

Все расступились, освобождая место, а коридор, к счастью, и в самом деле был не узкий. Аллиель подошла было к Эдину, но тот, густо покраснев, помотал головой и отступил — он не умел танцевать так, как это делают на балах.