Пролежав все эти два выходных дня в постели перед телевизором с выключенным звуком, немного успокоилась и пришла в себя. Скоро вернется Валентин и позвонит ей. А до этого надо от всего устраниться. Представить себе, что она, Якушева Людмила Сергеевна, живет под стеклянным куполом, о прозрачные стенки которого разбиваются все неприятные слова, сказанные окружающими.
Теперь они с мужем поменялись ролями. Он после работы уезжал на дачу, а Люда в новую квартиру, где строители уже заканчивали ремонт. Но в этой замечательной, большой, только что отделанной заново квартире она чувствовала себя по-прежнему как на вокзале.
Чужое, неуютное место, где все временно и ненадежно. И не дождаться поезда, на который у тебя куплен билет.
Отшумел дождями август, а настоящее, теплое лето так и не пришло.
Вечером в пятницу Якушев заглянул к ней в кабинет с вопросом:
— Как собираешься провести выходные?
— Одна, — коротко ответила она.
— Умница. — Муж довольно потер руки.
— Что, дело на мази? Занимаешься своими гнусностями?
— Что бы ты понимала! Я, может, впервые в жизни счастлив.
— Ого! От подробностей меня только избавь.
— Исчезаю. А ты работай, работай, еще только шесть часов, дорогая, — хихикнул он.
Люда в сердцах швырнула в закрытую дверь тяжелое пресс-папье. Испуганная секретарша заглянула в кабинет:
— Людмила Сергеевна, что-то случилось?
— Все в порядке. Иди сделай мне кофе.
…В субботу Люда с раннего утра ждала звонка. Только не этого. Муж умоляющим голосом попросил приехать в загородный дом.
— Пошел бы ты к черту, — отмахнулась она.
— Пожалеешь!
Люда с минуту послушала гудки, потом стала собираться. Не ради него, ради Лени, которого еще надеялась спасти. Как можно было оказаться такой эгоисткой? Дать этой мерзкой крысе еще целую неделю жизни! Но у него все равно ничего не получилось, иначе не скулил бы сейчас и не просил приехать.
Они оба были на террасе. Леня и муж. Какие-то взвинченные, беспокойные. Сначала Люда посмотрела на своего мальчика, потом на мужа. Тот неуверенно сказал:
— Приехала все-таки.
Лучше поздно…
На столе стояла большая старая сумка. Люда ее сразу узнала. Она тогда продала не все вещи, из-за мелочей не хотелось связываться. А про эту старую икону, лежащую на столе, просто забыла. Сумка, в которой она хранилась вместе с другими вещами и коробками, была перевезена со старой квартиры сюда, в загородный дом. Люда вспомнила, что запихнула ее в шкаф в своей комнате наверху.
— Ты рылся в моих вещах?! — крикнула она мужу.
