Как они в деревне выследили избу, где квартировали офицеры, как забрался в окно, убил обоих и взял карту.
– Что, охраны не было?
– Часовой стоял у броневика. Его пришлось тоже, того… – Алексей чиркнул ладонью по шее.
– Покажи на карте, где это было?
Алексей привстал, попытался сориентироваться:
– Вроде здесь…
– Тоже мне, разведчик! – хмыкнул капитан. – Вроде!
– Тут батарея гаубичная стоит – прямо напротив наших позиций. Я ее заминировал, утром взорвется.
– Да? Поглядим. Карта интересная, если это не подстава.
– Никак не можно! Кто мог знать, что я в избу собираюсь залезть?
– А кто подтвердит, что ты туда лазил и немцев убил?
– Диденко.
– Его же там не было! Может, ты немцам с потрохами продался и карта ненастоящая? Чтобы нас провести…
– Да вы что? – привстал на месте задохнувшийся от возмущения Алексей.
– Сядь! Ты из окружения вышел, и веры тебе пока нет! Завтра пошлем авиаразведку, и если сведения подтвердятся – считай, что тебе сильно повезло.
– В чем?
– В живых останешься. А пока под ружьем посидишь.
Тутаев!
– Я! – В дверь вошел бравый сержант.
– Посади их под замок.
От удивления глаза сержанта стали заметно больше.
– Так нет у нас охраняемого помещения.
– В подвал пока посади, хозяйский.
– Там дверь на щепочку закрывается.
– Попытаются сбежать – поймаем и сразу шлепнем.
– Понял. Пошли, руки за спину.
Сержант отвел обоих во двор и открыл вход в погреб.
– Заходите. Табачком угостить?
– Не курим.
Дверь захлопнулась, и в темноте Алексей едва не покатился со ступенек.
Потом, держась за стену и ногой нащупывая ступени, он сошел вниз. За ним следовал Саша. Они уселись на какой-то ящик.
– Во попали! – с досадой сказал Саша.
– А ты думал – тебе медаль на грудь повесят? Проверять все будут, само собой – и карту нашу.
– Как?
– Не наше дело. Только капитан сказал, если карта липовая – к стенке поставят.
– Ничего себе! Надо было эту карту проклятую сжечь или изорвать.
– Молчи уже!
Сколько они сидели в подвале – неясно, но спустя довольно продолжительное время дверь распахнул вчерашний сержант.
– Выходите! Можно оправиться и перекусить – арестованным положено.
После туалета им дали по кружке горячего чая без сахара и по два куска хлеба. С голодухи черный хлеб съели за милую душу.
– Возвертайтесь! Команды выпускать вас от капитана не было.
После скудного завтрака настроение поднялось.
– Леш, как думаешь, долго нас проверять будут?
– Если бы я знал! Капитан сказал – авиаразведку пошлют.
