Алексей высматривал его позицию на «нейтралке», а он устроился за немецкой траншеей, в тридцати метрах. Старый пенек, за ним окопчик – сверху накрыт маскировочной сеткой. Если не знаешь, то с полусотни шагов не заметишь.
Снайпера выдала немецкая пунктуальность. Он решил перекусить, поскольку время было обеденное. Что уж он там ел или пил – неизвестно, только маскировочная сеть шевельнулась, и из-под нее высунулась рука и выплеснула из кружки остатки жидкости. Вот этот момент и засек Алексей. Спрашивается, если там рядовой пехотинец, то почему не в траншее, не вместе с камарадами, и почему окопчик маскировочной сеткой покрыт?
Правда, Алексей одернул себя – рано радоваться, ведь там вполне может находиться артиллерийский корректировщик.
Только он должен наблюдать, а снайпер обязательно выстрелит – у каждого своя служба. Почему снайпер тогда на обманку с каской не купился?
Алексей поднес к глазам бинокль. Над нашей траншеей снова мелькнула каска – это Виктор старался. Вот только каска неестественно болталась на палке.
На голове она сидит плотно и колеблется вверх-вниз в такт шагам. Промашку Субботин допустил, а немец сразу понял, что его провоцируют. Небось посмеивается над русскими и другую, реальную цель выжидает.
И дождался… Над траншеей на несколько секунд возникла голова в пилотке. Тут же последовал выстрел. Попал немец или нет, Алексей не смотрел – он не отводил глаз от маскировочной сетки. Заметил легкий дымок над сеткой, мгновенно рассеявшийся ветерком. И звук выстрела оттуда был! Точно, снайпер там!
Из-под маскировочной сетки высунулся пехотный перископ – немец явно хотел посмотреть на результаты своей работы.
Видел в немецких траншеях такие перископы Алексей, высота трубы – сантиметров сорок пять – пятьдесят.
Он лежа передернул затвор и, медленно высунув ствол винтовки из укрытия, навел перекрестье оптики на маскировочную сеть ниже оптики перископа – туда, где должна была быть голова немца, – и нажал на спуск. Получилось удачно, в одно время с ним начал стрелять немецкий пулемет.
Похоже, его выстрел никого не насторожил. Вот только убил ли он немца?
Алексей втянул винтовку под дерн. Душно тут, руки-ноги затекли, и хотелось повернуться на бок – да нельзя. Придется так лежать до вечера. А потом сообразил – должно быть попадание! Если бы он промахнулся, немец голосом поднял бы тревогу, определив по фонтанчику от пули, что стреляли сзади, из тыла. Сейчас на Алексея уже бросили бы взвод автоматчиков или накрыли бы его позицию из минометов.
