Сибирская Вандея

И надо же было додуматься потом! Всех погибших колыванских партийцев схоронили возле собора. Хитрющий был поп Раев.

Штаб мятежников не сразу растерялся. Ни первые шрапнельные дымки над окопами, ни скорая смерть «главкома» Начарова не вывели Губина из равновесия.

Но когда он вторично побывал на позициях и сам увидел, как рассыпались при первых выстрелах цыганские отряды, как начали разбегаться самые стойкие мужики под напором красных, понял: не устоять.

Прискакав в штаб, Губин сказал Базыльникову:

– Попили, поели на этом свете – и будя! Собираться пора, Васька.

– Куда? – уныло спросил Базыльников. – Жили с тобой по-доброму, по-хорошему, а теперича…

– Теперича – каждый сам по себе.

– Неуж всё, Михал Дементьич?

– Ну, насчет «всё» – это поглядим. Я в Монголию подамся… Ступай-ка в спальню, божий человек, подсобишь.

В спальне вдвоем отодрали плинтус, подняли меченую половицу, добыли керосиновый бидон с золотом.

– Тащи, тащи в кабинет, – приказал Губин.

В кабинете Михаил Дементьевич, порывшись в карманах, протянул Базыльникову сверленый рубль с двумя царями.

– Прими за труды. Рублик не простой.

Старик заплакал и ударил рублевик об пол.

– Ох и гордый ты, Базыльников! Ну, бог с тобой, иди себе с миром. Я на тебя зла не имею…

Губин поднял монету, бидон с золотом всунул в мешок и взвалил на плечо. Во дворе цыган Ромка запрягал пару. Михаил Дементьевич вывел рыхлую жену, усадил ее, бросил в тарантас, под сиденье, тяжелый мешок, уселся и сказал Ромке:

– Выводи за ворота.

Птицей взлетел Ромка-цыган на переднюю подушку, гикнул – и тарантас исчез из виду.

Базыльников остался во дворе губинского дома, плакал беззвучными старческими слезами; тут-то и застал его Ваня Новоселов, подскакавший вместе с кадровыми конниками.

– Легок на помине, стерва! Только что о тебе думал! – сказал Новоселов. – Оружие имеешь?

Базыльников вывернул карманы и поднял руки.

– Ну, старик, шагай! – приказал один из бойцов. – Швыдче шагай! – Солдат обернулся к Новоселову: – Та самая гнида божественная, председатель?

– Надо бы к стенке: приказ – пленных не брать, – напомнил второй боец, но Новоселов отрицательно покачал головой.

– Приказ – приказом, а тоже понимать надо: кто про все расскажет? Отведи его к тем, в пожарную часть.

Во дворе пожарной части лежал и смотрел в небо стеклянными глазами «начальник милиции» Жданов. Вокруг рта его ползали мухи. Рядом валялся обрез с разорванным стволом.