Трейси села, загрузила диск и с поразительной скоростью застучала по клавишам: длинные пальцы так и летали, словно встревоженная стая птиц.
– Что ты делаешь?
– Восстанавливаю файлы, – ответила она, не поднимая головы.
Сегодня на ней было темно-синее кашемировое платье, удачно скрывающее худобу, волосы небрежно откинуты назад. От исходившего от нее слабого запаха ирисов Камерона пронзило желание.
– Да, непрост Фрэнк Дорриен, – отвлекла его от грешных мыслей Трейси. – Довольно неплохо все подчистил.
– Но, как я понимаю, ты тоже не промах?
– Естественно! – Она ухмыльнулась.
– Ну что, начнем с фотографий?
Файл содержал большое количество мягкого гей-порно вперемешку с фотографиями самого Ахилла в различных позах с каким-то незнакомым мужчиной.
– Значит, он был геем.
– Или би. И вправду очень любопытно, – усмехнулась Трейси.
– Да уж. Вон он, целый диск чистого любопытства, – заметил Камерон.
Трейси сказала:
– Его могли шантажировать. Я нашла в сейфе генерала двадцать тысяч фунтов наличными.
– Что говорит в пользу самоубийства, – напомнил Камерон.
– Верно. Но это не все. Посмотри сюда.
Трейси открыла фотографии Ахилла на пикнике – он играл с детьми Боба Дейли, а фотографировала, должно быть, жена Боба. Эти двое явно были очень близки. На одном из снимков в дальнем правом углу запечатлена женщина: она стояла в стороне, спиной к остальной группе, и, похоже, смотрела на реку – высокая, изящная, с длинными темными волосами, рассыпавшимися по плечам.
– Ахилл хорошо знал Боба Дейли, – сказала Трейси.
– И она тоже.
– Кто это? – спросил Камерон.
– Не знаю, но жена Боба, Клер, которую я навестила, сказала, что ее зовут Кейт, она американка, подруга Ахилла. Клер думала, что это его девушка.
– Это маловероятно, – заметил Камерон.
– Согласна. Только эта самая Кейт – или кто она на самом деле – была с ним достаточно близка, раз ее пригласили на пикник. Интересно, какая между ними связь?
Камерон счел этот вопрос риторическим.
– Посмотри на это.
Трейси вывела на экран цепочку имейлов, никак не меньше тридцати, и Камерон мгновенно заметил логотип в виде знаменитого красного воздушного шара над каждым электронным письмом.
Это его по-настоящему потрясло. Пододвинув кресло, он сел рядом с Трейси и начал читать переписку.
– Почему, скажи на милость, богатый отпрыск королевской греческой семьи связался с этими бандитами? Он же был воплощением всего, что они так ненавидели, с чем боролись…
– Я могу назвать кучу причин, – пожала плечами Трейси. – Мятеж.
