– Но это нелепо! Брендону всего девятнадцать. Валентина ему в бабки годится.
Луис Родригес пожал плечами.
– Влюбленные и наркоманы похожи. И те и другие не в состоянии бороться со своей зависимостью. Ваш муж понимал это, доктор Робертс. Странно, если вы считаете иначе. В любом случае, я думаю, старую суку возбуждала мысль, что юный красивый любовник убьет ради нее молодую женщину. «Брендон знаком с Никки Робертс. Он знает ее привычки, он справится. Дайте ему шанс, Луис». Я повелся как идиот. Мы как раз начали работать с Уиллом, и мне казалось, что эта пара поможет мне в бизнесе.
– Он покачал головой. – Какое ужасное фиаско! Все, что требовалось сделать Гролшу, это дождаться вас у выхода и ударить ножом в сердце. Черт, неужели так сложно? Однако дело превратилось в фарс, в комедию ошибок. Появляется Лиза Флэннаган в вашем плаще, и тупой торчок не видит разницы! Мало того, он еще и полосует ее на ленточки, чем привлекает внимание прессы.
Никки вспомнила, как Гудман и Джонсон зацепились за дождевик, который она отдала пациентке.
Они правильно предположили, что преступник перепутал с Никки другую женщину. Возможно, Брендон был настолько под кайфом, что так и не понял, кого убил. А может, Валентина неправильно проинструктировала Гролша, велев ему убить не Никки, а молодую любовницу мужа?"
"Вполне вероятно, что Луису Родригесу также приходила эта мысль, однако он верил Валентине Баден, потому что в бизнесе руководствовался одним правилом: работай с умными и безжалостными людьми, а не с трусливыми и жадными.
Родригес мог представлять для Никки большой интерес с точки зрения психиатрии, если бы не держал ее на мушке.
– Итак, Брендон совершил ошибку. Мои парни пытались избавиться от тела, но его слишком быстро обнаружили. Потом началась эта паника в прессе из-за частиц мертвой кожи. Да парень так много потреблял «крокодила», что гнил заживо! Мне пришлось давать взятки, чтобы история не вылезла на страницы газет, однако Интернет в наши дни проникает всюду.
Бадены паниковали, Брендон Гролш был не в себе, а между тем вы, доктор Робертс, по-прежнему были живы, да к тому же еще обрели нового пациента. Я говорю о моей Анне!
Когда Родригес произнес имя жены, его лицо преобразилось. Теперь он смотрел на Никки как на врага, с ненавистью.
– Из всех мозгоправов Лос-Анджелеса моя жена выбрала вас! Того самого врача, который слушал нытье Картера весь последний год и представлял для меня угрозу.
