Сияющая цитадель

Не пора ли вам переодеться?

— Тамульская мантия призвана скрывать множество недостатков фигуры, принц Спархок, так что она скроет и мой эленийский наряд, и шпагу. Я не намерен выходить в залу безоружным.

— Мы защитим тебя, Сарабиан, — заверила его Элана.

— Я и сам способен защитить себя, матушка. — Император вдруг нервно хохотнул. — Шутка так себе, но в ней изрядная доля истины. Ты, Элана, вывела меня из политического младенчества. В этом смысле ты и вправду моя матушка.

— Если ты хоть раз назовешь меня «мамулей» — я перестану с вами разговаривать, ваше величество.

— Я скорее откушу себе язык, ваше величество.

— Какова обычная процедура, ваше величество? — спросил Спархок у Сарабиана, когда они стояли у задернутого занавесями проема, поглядывая в щель на быстро заполнявшийся зал.

— Как только все соберутся, Субат призовет собрание к порядку, — ответил Сарабиан. — Потом мой выход — обычно под звуки того, что у нас в Материоне именуется музыкой.

— Стрейджен позаботился о том, чтобы твой большой выход стал поистине грандиозным, — успокоила его Элана.

— Неужели все эленийские воры обладают художественными талантами? — спросил Сарабиан. — Телэн рисует, Стрейджен сочиняет музыку, а Кааладор так просто прирожденный актер.

— Мы просто притягиваем таланты, верно? — скромно улыбнулась Элана.

— Надо ли мне объяснять, почему нас будет так много? — спросил Сарабиан, косясь на Миртаи и Энгессу.

Элана покачала головой.

— Никогда не пускайся в объяснения. Это признак слабости.

— Это называется коленопреклонение, Элана.

— Неважно, — пожала она плечами. — Когда они встанут, мы уже будем сидеть на троне, и вокруг нас будет стоять стража. Вот тогда-то и наступит твоя очередь. Даже не позволяй Субату открыть рот. У нас сегодня свои планы, и нам некогда слушать, как он будет лепетать о видах на урожай в Эдоме. Как настроение?

— Нервное. Я никогда прежде не свергал правительства.

— По правде говоря, я тоже — если не считать того случая в Базилике, когда я сделала Долманта архипрелатом.

— Спархок, неужели она и вправду это проделала?

— О да, ваше величество, причем безо всякой посторонней помощи. Она была великолепна.

— Не прерывай свою речь, Сарабиан, — продолжала Элана, — а если кто-то попытается тебя перебить, заткни ему рот. Даже не притворяйся вежливым. Это, в конце концов, наша вечеринка. Не уговаривай, не взывай ко здравому смыслу. Излучай холодное бешенство.