Сияющая цитадель

Постарайтесь по меньшей мере выяснить, кто такие на самом деле Ребал и Сабр.

— Провернем в лучшем виде, как желают ваш-ш-величество.

— Я обалдею от счастья, как хрюшка в навозе, Кааладор, — отозвалась она.

Кааладор согнулся в приступе неудержимого смеха.

— Наверное, все дело в перемене погоды, ваше величество, — говорила Алиэн. — Ночи определенно становятся холоднее, а днем уже не так тепло, как было пару недель назад.

— Она выросла в Симмуре, Алиэн, — возразила Элана, — а там погода меняется куда резче, чем здесь, в Материоне.

— Но ведь мы в другой части мира, моя королева, — заметила баронесса Мелидира, — а кроме того, на морском побережье. Возможно, причина именно в этом. Дети порой куда восприимчивее к таким вещам, чем взрослые.

— Вы обе придаете этому слишком много значения, — сказала им Миртаи. — Ей нужно что-нибудь укрепляющее, вот и все. Она вовсе не больна, просто хандрит.

— Но она же все время спит, Миртаи, — страдальчески проговорила Элана. — Она засыпает, даже когда играет.

— Наверное, она растет, — пожала плечами великанша. — Со мной было то же самое, когда я была маленькой девочкой. Расти — это, я думаю, очень трудная работа.

Предмет их споров дремал на диванчике у окна, небрежно обхватив руками Ролло. Ролло пережил два поколения неумеренного обожания. Его волочили за заднюю лапу, бросали где попало, засовывали в какую-нибудь щель и забывали порой недели на три. От постоянных тычков мордашка Ролло приобрела слегка озабоченное выражение. Ролло никогда не казался озабоченным, когда он был ее игрушкой.

Мурр, с другой стороны, выглядела довольной. Хозяйка, которая не двигается с места, ее, Мурр, устраивала как нельзя больше. Когда принцесса Даная спала, она не придумывала, какие бы еще глупости сотворить со своей кошкой. Мурр втайне полагала, что всякий день, когда ее не обряжают в кукольные одежды, — самый что ни на есть удачный. Она лежала на бедре своей маленькой хозяйки, уютно подобрав лапки под грудь и прижмурив глаза, и из ее горла исходило негромкое довольное мурлыканье. Когда Мурр не мешали дремать, она была вполне довольна окружающим миром.

Принцесса Даная дремала, и ее мысли куда больше были заняты разговором, который вела Флейта на острове Тэга со Спархоком и его друзьями, чем беспокойством своей матери по поводу ее здоровья здесь, в Материоне. Даная зевнула и, устроившись поудобнее с набивным медвежонком и живой кошкой, крепко заснула.

«Дражайшая! — начиналось письмо.