Сияющая цитадель

Мы стараемся выиграть время, Сарабиан. Мы остаемся в высшей степени уязвимы, покуда Тиниен и Эмбан не вернутся из Чиреллоса с рыцарями церкви — или, на худой конец, пока все командиры атанов не будут извещены, что им не следует больше подчиняться приказаниям министерства внутренних дел. Нам определенно ни к чему, чтобы в случае беспорядков атаны сражались за обе стороны.

— Кажется, об этом я не подумал, — сознался он.

— И не только в этом дело, ваше величество, — мягко заметил Оскайн. — Вполне вероятно, что министерство внутренних дел попросту не подчинится приказу о его роспуске.

Оно ведь, знаете ли, обладает почти абсолютной властью. Королева Элана права. Мы не можем открыто выступить против министерства, пока не будем уверены в атанах.

Стрейджен все расхаживал по комнате.

— Превратить в предателей все министерство до последнего сотрудника невозможно! — объявил он. — Тогда в дело оказывается замешанным чересчур много народу, и довольно одного честного полицейского, чтобы весь заговор вышел наружу.

— Стрейджен, честных полицейских не существует, — цинично хохотнул Кааладор. — Это противоречит самой природе полиции.

— Ты отлично знаешь, что я имею в виду, — отмахнулся Стрейджен. — Мы знаем, что Колата замешан в заговоре по самую макушку, но не можем сказать уверенно, как далеко распространяется сам заговор. Возможно, в него втянуты почти все, а возможно — лишь несколько высших чиновников министерства.

Кааладор покачал головой.

— Ни в жисть этакому не бывать, Стрейджен, — возразил он.

 — Коль уж супротив властей попер, шагу не ступишь без рабочей полицейской скотинки — кто ж приказы-то предательские исполнять будет? Не-ет, штоб мне лопнуть, а в округе много кто знает, чего почем.

Стрейджен скорчил гримасу.

— Я бы предпочел обойтись без твоих словесных изысков, — проворчал он. — И ради Бога, не пользуйся ты этим гнусным говором, когда оказываешься прав, а то я чувствую себя уж вовсе неполноценным. Ну хорошо, мы можем быть уверены, что в заговор замешано большинство высших чиновников министерства, но не можем даже гадать, насколько широко распространилась эта зараза.

Я считаю, что именно это мы первым делом и должны выяснить.

— Дак ведь добрых годков двадцать на энто дельце угрохаем, Стрейджен, — заметил Кааладор.

— Не обязательно, — возразила баронесса Мелидира и взглянула на Оскайна. — Вы как-то говорили, ваше превосходительство, что министерство внутренних дел просто обожает бумаги.

— Разумеется, баронесса.