Сияние

Вот почему надо увезти его отсюда, Джек. Я это чувствую! Мы обязаны увезти его!

Она больно сжала пальцами его плечо, но он не отстранился. Нащупал левой рукой ее крепкую округлую грудь и стал поглаживать поверх рубашки.

– Уэнди, – начал он, но сразу же замолк. Она терпеливо ждала, чтобы он привел в порядок мысли. Ласка его сильной руки доставляла ей удовольствие, действовала успокаивающе. – Я, конечно, могу попытаться спуститься с ним в долину на снегоступах. Часть пути он, вероятно, сможет преодолеть даже сам, но в основном мне придется нести его.

А это будет означать одну, две или даже три ночевки. Значит, придется соорудить какие-то сани-волокуши, чтобы положить в них необходимые припасы и спальные мешки. У нас остался транзисторный приемник, и мы можем слушать прогнозы погоды, чтобы дождаться благоприятного периода хотя бы на три дня. Но если метеорологи ошибутся, – закончил он серьезным, размеренным тоном, – мы можем погибнуть.

Ее лицо стало таким бледным, что от него исходил прозрачный, почти призрачный свет.

Джек продолжал ласкать ее грудь, мягко водя подушечкой большого пальца вокруг соска.

Она издала чуть слышный стон – из-за его слов или в ответ на ласку, этого Джек не понял. Он поднял руку чуть повыше и расстегнул верхнюю пуговицу ее рубашки. Уэнди слегка раздвинула ноги. Внезапно джинсы стали ей как будто малы, и это было приятное ощущение.

– А еще нам придется оставить тебя здесь одну, потому что ты на снегоступах едва ходишь. Для тебя это будет означать по меньшей мере три дня полной неизвестности.

Ты готова к этому?

Его пальцы взялись за вторую пуговицу, быстро справились с ней и обнажили ложбинку между грудей.

– Нет, – признала она чуть нетвердым голосом. Потом бросила взгляд на Дэнни. Мальчик перестал ворочаться. Большой палец снова занял свое место во рту. Стало быть, все пришло в норму. Но она понимала, что Джек о чем-то умалчивает. В его сценарии чего-то недоставало… Чего же?

– Если же мы останемся здесь, – продолжал он, с нарочитой медлительностью расстегивая третью и четвертую пуговицы, – какой-нибудь рейнджер или егерь может заглянуть сюда, чтобы проведать и узнать, как у нас дела.

Вот тогда мы скажем, что хотим выбраться отсюда. И он все сделает."

"Джек осторожно освободил груди Уэнди, склонился ниже и приник губами к соску. Тот мгновенно затвердел. Джек стал медленно водить по нему кончиком языка, как она любила. Уэнди издала отчетливый стон и выгнула спину.

(?О чем я могла забыть?)

– Милый? – спросила она.