Горничная была двадцатитрехлетней смуглой девушкой и ближе к концу сезона, когда постояльцев становилось меньше, обслуживала столики в ресторане. Как решил Холлоран, она обладала слабым сиянием, которое проявлялось редкими проблесками. К примеру, стоило в ресторане появиться невзрачному мужчине в неприметном пальто в сопровождении спутницы, как Делорес тут же менялась столиками с другой официанткой. Невзрачный клиент оставлял после ухода под тарелкой бумажку с портретом Александра Гамильтона[20], что само по себе могло быть обидно девушке, согласившейся на обмен.
Но хуже того, Делорес при этом открыто торжествовала. Будучи от природы ленивой, она всячески отлынивала от работы, причем делала это в заведении, которым управлял человек, на дух не выносивший лентяев. Тем не менее она позволяла себе подолгу сидеть в бельевом чулане, читать глянцевый журнал о знаменитостях и покуривать. А стоило Уллману отправиться в очередной внезапный рейд по отелю (и горе тому, кого он заставал без дела!), как оказывалось, что Делорес трудится в поте лица, спрятав журнал среди кип простыней, а пепельницу – в карман фартука.
Да, думал Холлоран, она была откровенной лентякой, жадиной, грязнулей, и все остальные девушки недолюбливали ее, но зато у нее был дар, пусть крошечный, который всегда помогал ей выходить сухой из воды. Вот только увиденное в номере 217 настолько потрясло Делорес, что она обрадовалась увольнению."
"Почему же она прибежала именно ко мне? Должно быть, рыбак рыбака… Холлоран усмехнулся.
В тот же вечер он проник в номер, куда уже на следующий день собирались вселить новых постояльцев. Для этого он воспользовался универсальным ключом из офиса, и поймай его на этом Уллман, стоять ему в очереди на бирже труда вместе с Делорес Викери.
Занавеска вокруг ванны была задернута, но он заранее предвидел, что скрывается за ней. Опухшее, посиневшее, набрякшее от воды тело миссис Масси лежало в наполовину заполненной ванне.
С колотящимся сердцем он стоял и смотрел на труп. В «Оверлуке» с ним случалось всякое. Например, повторявшийся время от времени кошмарный сон – какой-то бал-маскарад, он обслуживает гостей в бальном зале «Оверлука», раздается крик снять маски, и все гости оказываются полусгнившими насекомыми. Были еще звери в живой изгороди. Два или три раза он видел (или ему только мерещилось), что они едва заметно двигались.
