В нос ударил запах гари. Хотя огонь и потушили, стены обдавали жаром."
"На несколько мгновений я почувствовал себя растерявшимся четырнадцатилетним пареньком, который не понимал, что стряслось. Вернее, это не укладывалось в голове. Я вернулся с улицы и наткнулся на отца в коридоре. Он кухонным полотенцем вытирал руки. На нем оставались бордовые разводы. Я попытался пройти в квартиру. Но меня остановил его окрик:
- Куда прешь, щенок!
Дверь в гостиную была приоткрыта. Я увидел тело матери, лежавшее на светлом ковре.
Она не шевелилась. Рядом валялся нож. Я хотел зайти в комнату. Может быть, она была еще жива.
Но получил ощутимый подзатыльник, едва удержался на ногах.
- Ты что сделал? - заорал я.
Он, молча, схватил меня за шкирку и выволок из квартиры, бросил своей охране и скомандовал:
- В аэропорт его!
Что я мог сделать против нескольких здоровенных лбов? Ничего. Меня посадили на рейс с сопровождающим. Так я оказался в Стамбуле. Потом узнал от крестного, что моя мать скончалась от сердечного приступа.
Когда попытался по телефону заикнуться о том, что видел, крестный осадил меня, посоветовав не лезть в дела взрослых. Как же тогда я ненавидел отца! И то, что его через два месяца убили, было для меня самой лучшей новостью. Тогда я еще не задумывался о себе. О том, что я в чужой стране и заботятся обо мне до тех пор, пока на их счета поступают деньги.
Как только финансирование прекратилось, я оказался на улице. Там я и провел два года, пока не познакомился с Булутом.
Он и вывел меня из состояния задумчивости.
- Рома, брат, что происходит?
Некоторые реалии жизни в России были не для Аслана. Поэтому ничего рассказывать ему я не стал. Отправил его домой. Сам разобрался с полицией, съездил на очередной допрос и опять в роли потерпевшего. Я против насильственных методов решения проблем, но, может, плюнуть на принципы и киллера все же нанять?
К дому я подъехал вместе с первыми солнечными лучами. Одежда пропахла дымом, кожа и волосы тоже. Мне нужен был душ, кофе и план.
Однако у ворот дома меня ждали три черных внедорожника, номера одного из них были мне знакомы.
Я остановился, вышел из автомобиля и направился к приехавшим гостям. Так как снаружи никого не было, я забарабанил пальцами по стеклу. С переднего пассажирского сиденья показался здоровенный детина, который, похоже, даже челюстью качал штангу.
Он распахнул заднюю дверь и оттуда раздалось:
- Здравствуй, Роман! Где же тебя ночью черти носят?
- Здравствуй, крестный.
