Тварь!
Спрашивать, почему он не дал дёру, бесполезно. Вместо этого я вырываю из себя силу, превращаю в оковы. Хватаю ими наггла — на этот раз точно и резко, благо ураган вокруг останавливает и его. Пытаюсь удержать. Он силён. Начинает биться, метаться, вырываться из белых светящийхся цепей, которые опутывают его и тянут вниз.
Вокруг по-прежнему бушует вихрь из щепок и магического пламени.
Мы пытаемся пересилить друг друга посреди урагана. Я душу наггла. Начинаю по капле перетягивать магию от него к себе.
Секунда за секундой, ещё и ещё. Пока в висках не начинает звенеть — и пока дух не становится бледным и слабым.
А потом он почти испаряется — только дым струится вверх и втягивается в разрыв, мерцающий над нами.
Кажется, я выдыхаю так, что слышно сквозь ветер.
— Эла?
Она не отвечает. Только смотрит, раскрыв рот — на меня и сквозь меня. Взгляд по-прежнему пылающий, безумный, рассредоточенный.
Слишком.
— Эла, слышишь меня?!
Девчонка тяжело дышит. Ветер так и мечет её волосы из стороны в сторону.
Разрыв продолжает гореть над головой, но не он сейчас волнует.
Я вдруг понимаю, насколько она на грани. Истощения. Полной потери контроля! Ураган вокруг — словно её часть. Перед телом моей женщины, рядом, между нами тоже вспыхивают огни и мелкие молнии.
Если она неаккуратно вырвется из этого урагана, он… мне даже думать дико, что с ней будет!
А если медлить, она просто не выдержит. Сойдёт с ума.
— Эла, — зову я, хотя кажется, что перед глазами встаёт тьма. Она не должна была оказываться здесь, вот так, одна! — Послушай меня, ладно?
Делаю шаг к ней.
Перед лицом прямо в воздухе сверкает разряд.
— Не нервничай, — почти шепчу. Мне вдруг так безумно хочется обнять её!
Она открывает рот.
— Я… не нервничаю…
Все пуговицы на её вороте расстёгнуты. Грудь в бисеринках пота вздымается и опадает.
— Правда? — чувствую, что голос звучит слабее, чем хотелось бы. Смотрю в её огненные глаза с безумно суженными зрачками, но не понимаю выражения. — Я серьёзно.
Эла. Послушай, я разорву твой контракт. Уничтожу его, порву в клочья.
К моему удивлению она замирает — значит, слышит!
— По-твоему… мне сейчас до контракта дело?
— Главное не нервничай, — шепчу я. — Я здесь. Я с тобой… — Хмурюсь, опускаю голову: нет, не то, не сейчас. — И ты сама очень сильная.
Даже если в ней проснулась древняя кровь. Выстоять столько один на один с этим нагглом? Закольцевать силу, чтобы та не сожгла дома вокруг? Это потрясающе, девочка.
