Sindroma unicuma. Книга 2.

Сочный плод употребился внутрь, а бесполезная книжка полетела обратно. Завтра верну её хозяину.

Наломав сахару на тетрадном листочке, я собралась учить как минимум до трех утра и не заметила, как через несколько минут уснула, сидя за столом.

Утро началось, когда Аффа застучала в стену. Протерев заспанные глаза, я глянула на часы: мамочки, катастрофически опаздываю! Собиралась второпях и, опередив соседку, бросилась чистить зубы. Она ждала, пока я спешно наводила порядок во рту.

- Как тебе удалось распечатать Альрика на вечере?"

"- То есть? - поскольку рот был занят зубной щеткой, пришлось спросить мимикой лица.

- Раньше он не танцевал, даже на День национальной независимости.

Я мысленно застонала и выплюнула пасту изо рта:

- Твоя Лизбэт уже наточила нож?

- Напротив. После тебя Альрик осчастливил совместными танцами толпу желающих, а с Лизбэт танцевал целых два раза. Так что она в нирване.

- Ничего себе! А кто подсчитывал? - спросила я, прополоскав рот.

- Было кому, - ответила уклончиво девушка.

- А ты где потерялась? - поинтересовалась я, вспомнив о своей встрече с черноглазой мечтой Аффы на чердаке.

- Познакомилась с потрясающим четверокурсником и зажигала с ним весь вечер, - похвасталась соседка.

Я почему-то оскорбилась за Марата, словно уличила девушку в измене. И хотя понимала, что злюсь безосновательно и абсурдно, но не смогла перебороть неприятное чувство. Мне казалось, Аффа предала свою верность парню.

- Ага. Удачи тебе, - пожелала я коротко и ринулась в швабровку. Толком не расчесав спутавшиеся волосы, соорудила крысиный хвостик и, одевшись, рванула в институт.

С началом сессии столовая испытала второе рождение. С подобным ажиотажем я прежде не сталкивалась. За элитным столиком в углу питался кудрявый незнакомец, соседствовавший со мной на организационном первоянварском собрании.

Протиснувшись между столиков, я уселась на своем привычном месте.

- Здрасте, - сказала на всякий случай.

- Привет, - растягивая гласные, поздоровался незнакомец, оглядев меня.

Наверное, правила поменялись, - подумала я.

Мелёшин не посмеивался. Его ручки были заняты подносом, с которым он приближался к столу. Поставив поднос с тарелками, он чересчур спокойно обратился к кудрявому:

- Дегонский, это закрытая зона. Ты должен знать.

- Я бы свалил, да некуда, - пояснил тот с иронией в голосе.