Sindroma unicuma. Книга 2.

Затея с выяснением личности ""трезубца"" вышла провальной, и я до жути боялась, что неверно подобранные слова в любой момент оборвут мою коротенькую жизнь, разъярив мужчину.

- Следующее. Мне нужна подноготная вашего раритета: что, где, когда, откуда, с кем. Ясно?

Ясно. Ответная россыпь мелких согласных кивков.

- И последнее. Вы по собственной воле расскажете о себе.

- То есть? - изумилась я, позабыв о страхе.

- Вашу биографию, - пояснил профессор. - Имена родителей и прочих родственников, место рождения и учебы, имеющиеся достижения.

Кратко, но емко.

Я ошарашенно внимала, не в силах уразуметь, что от меня требовалось, а когда сообразила, то воскликнула:

- Но зачем?

- Считайте моей прихотью и научным интересом, - пояснил с ленцой мужчина и добавил: - Меня не интересуют ваши эмоциональные пристрастия, только факты.

Его слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. В полнейшей растерянности я пялилась на Альрика и лихорадочно соображала, не в силах уяснить, какую выгоду он преследовал.

- От вас потребуется изложить сухо и по существу, - сказал профессор, склонившись к моему уху.

Нас разделяли считанные сантиметры, пронизанные силой и властностью мужчины. Давление его воли было осязаемым, пригибая и заставляя размазываться по кушетке.

- Не могу! - схватила профессора за руки. Они оказались горячими, и я, удивившись своему порыву, отдернулась. - Пожалуйста!

- Это мои условия. Вы осведомлены в большей степени, а мне катастрофически не хватает информации о вас. Поэтому только так и не иначе.

И не вздумайте бежать и трещать о своих подозрениях на каждом углу. Я знаю ваши слабые стороны и отвечу достойно, поверьте.

- Болтать не собираюсь, - начала я расчесывать ладони, забегав взглядом по сторонам.

- Ваши планы переменчивы как ветер. Определитесь, Папена, что собираетесь делать: мчаться в первый отдел, чтобы завязать дружбу с дознавателями, или шокировать научное сообщество сенсационными домыслами.

- Я блефовала, - пояснила неловко. - Хотела напугать.

- У вас получилось.

Быстро учитесь, идя вперед семимильными шагами. Осторожно, как бы вас не нашли в какой-нибудь сточной канаве, - сказал мужчина, убирая руки и отстраняясь, а его желтый звериный глаз вернулся в нормальное состояние.

- Канавы замерзли, - сползши с кушетки, я встала на ослабшие ноги, не зная, радоваться избавлению или готовиться к худшему.

Прохромав к раковине, Альрик бросил перчатки в корзину и начал мыть руки, тем самым, молчаливо разрешая сбежать.