Хрипло выдохнула, прижимая его плечами к столбу и впиваясь в губы. Скользнул языком по языку, но мои ладони, потянувшиеся ниже его пояса, сжал и не дал притронуться к явно набирающей силу эрекции. Мягко отстраняя от себя. Я разочарованно простонала, он перевел взгляд за мое плечо и слегка повел подбородком. Оглянулась и заметила два тонированных внедорожника. Моя охрана.
За грудиной похолодело. Охрана усилена. Предыдущая ездила на одной машине. Перевела взгляд на Адриана, негромко сказавшего:
— Ты спрашивала у Никитина, что происходит со страховой.
"
"Медленно кивнула, глядя в его спокойные глаза и послушно отступая. Формулировка была иная, когда я Гену об этом спрашивала: «можно ли мне узнать что там со страховой, бывшая свекруха не развалила ее еще?». Просто болезненное любопытство. Как у любого человека, который вкладывал силы и время в свое дело, в итоге доставшееся другому. Злорадное болезненное любопытство. А с учетом того, что я возвращаюсь в свой город, знаю, что могу не удержаться и явиться туда, чтобы самой все разнюхать и по возможности подосрать.
А мне этого делать нельзя.
— Что он тебе сказал? — Адриан совершенно спокоен.
— То, что ты разрешил ему сказать. — Усмехнулась, глядя на одобрительную иронию в темных глазах. — Что компанией рулит Витя по доверенности, оформленной на него свекровью.
— Бывшей. — Интонация ровная, лицо тоже, но краткий холодный свист хлыста мрака рядом прозвучал, прямолинейно сказав, что ему не по вкусу если я буду терять эту приставку по отношению к представителям семейки Гартман.
— Я оформил доверенность, Гартман возражала недолго, решила вернуться в Барселону. Я думал, цену заявит большую, но, видимо, не догадалась. — Адриан прохладно усмехнулся, снова облокотился спиной о столб, чуть склоняя голову и неотрывно глядя на меня. — Шахматову убил не Громов, алиби у него железное, но она сама открыла дверь и сама впустила гостя или гостей. Значит, знала их, но не настолько хорошо, потому что выпала из окна. Захар Неизвицкий уехал из города сразу после этого, скрывается у тетки в Сыктывкаре, искренне уверенный, что его при всем желании нельзя найти.
Точнее, был уверен, что нельзя, однако, он тоже не знает, кто убил Шахматову. Громов, после того как траванул тебя, исчез. Действительно исчез. Найти не смогли. Подозреваю, что и не найдем. Мне было интересно, кто вас выкашивает и почему. Зажоркину, после того, как я убедился, что он тоже ничего не знает, оформили доверенность на управление и пристально за ним наблюдали.
