Адриан удивительно воздействует на людей, когда смотрит на них со своим равнодушием. Полным. Абсолютным. И понимаешь, что не стоишь ни гроша. Как и твоя жизнь.
Администратор сцепил челюсть и, подняв взгляд на дальний конец стола, слегка прищурился.
— Руководители номинальные? — Адриан откинулся на кресле и слегка отодвинулся от стола, разворачиваясь к мужику. Положил руки на подлокотники, спокойно глядя на админа. — Я с кем разговариваю?
— Нет. — Торопливо проговорил он, удерживая взглядом похолодевших людей за дальним концом стола.
Озверевшим взглядом. Полным ярости. Он их разъебет за такую подставу перед начальством, в этом не было никаких сомнений, — у этих фирм руководители реальные."
"Адриан смотрел ему в глаза. Так, как умел только он. Совершенно безразлично, полностью ровно, однако кровь в жилах стыла. Мужик прикрыл глаза и кивнул. Так и не поднимая головы. В поклоне. В признании собственного проеба. Адриан похуистически глядел на него пару мгновений, потом негромко проговорил:
— Ставишь их на восемнадцать процентов счетчика, выплачивают по обходным счетам в течение недели.
Потом обоих в общей банковской системе в черный список, затем экономы ведут их по сто пятьдесят девятой на четыре с половиной, с арестом недвижки, нам отстегивая пятнадцать процентов, одновременно с этим в налоговой засветить с выводом штрафа по максималке, затем прокуратура двигает требование о ликвидации.
Так вот как царь-батюшки наказывают оплошавших холопов. Я похолодела. Здесь, правда, контекст иной был, заключающийся явно в смертниках, опрометчиво считающих, что они чрезвычайно хитрожопы и могут без последствий увести в личные закрома часть того, что должно остаться собственностью начальства.
Приговор в черный список банковской системы, значит, автоматом попадают и ближайшие родственники. Уход по сто пятьдесят девятой с четырьмя с половиной годами отсидки, сверху плюсом черный список налоговиков, чтобы на территории страны никогда не подняться в бизнесе и на госпредприятие с таким анамнезом не устроиться.
За укус кормящей руки выбиты зубы и переломаны конечности. А они попытались увести чуть с довеском всего три ляма. Артем проебал почти ярд. И его зарезали, чтобы он не сказал Адриану, кто заставил Туму проебаться. Те, кто резал, знали о последствиях за воровство и все же решились. Снова чувство онемения в солнечном сплетении от понимания взаимосвязи масштаба его деятельности и стиля его работы.
Синекура.
