Синий, хвостатый, влюбленный

Мне с вами детей не крестить, а работать с вами очень выгодно. Надеюсь, мы всегда будем достигать взаимопонимания в деловых вопросах.

Он подписал контракт и, бросив его на стол, вышел, а я, посмотрев на сумму неустойки в случае чего, полностью утвердилась во мнении, что эта наглая ляга с края Вселенной уже не вернется. Не из-за меня, нет. Скорее, из-за Фредерика и Александра Уотерстоунов.

– Теперь понимаю, как вы собираетесь решать проблемы, – тихо проговорил Ферне.

– Я закладываю фундамент, ну и потакаю себе, конечно.

Как корабль назовешь, так он и поплывет. Поэтому создавать репутацию рода, с которым шутки плохи, надо сейчас. К тому же я женщина, а мы – те еще подлые, коварные и злопамятные существа. Литвинов это понимает, – улыбнулась я.

А также понимает, что я уже не одна.

– Обиженная и разозленная женщина – страшная сила, а если она еще и имеет доступ к власти… Нельзя позволять садиться себе на шею, особенно финансистам. Я не для того на тренажерах до тошноты сидела, чтобы профукать такое преимущество.

Так что благодатную почву создала, а дальше работа за Тарком. Вернусь из экспедиции, может, еще что-нибудь придумаем.

– Нет, нужно подготовиться. Я первый раз буду работать с подсознанием настолько глубоко: Литвинову ведь нужны результаты. Он обещал выполнить все в лучшем виде и того же ждет от меня. Мы не должны его разочаровать, – мрачно подытожила я.

– А если он начнет ставить палки в колеса? – нахмурился Ферне.

– Не будет.

Помимо того, что я – глава пусть и маленького, но рода, я еще и тире с редкими способностями. К тому же вся станция считает, что мы с Александром не сегодня, так завтра поженимся. Мне нужно говорить, как драги относятся к своей семье?

– А вы поженитесь? – хитро улыбаясь, спросил эйфи.

– Ферне, вы интересуетесь тем, что вас не касается, – ласково заметила я.

– Простите. – Раскаяния в голосе моего экономиста не чувствовалось.

После чего он откланялся, а я, закончив подготовку, приступила к работе.

За моим экспериментом наблюдал брат Алекса.

В общем, шарить в подсознании – это ходить по зыбучим пескам. Я уже накопала все, что было можно, когда меня наконец накрыло и пришла спасительная темнота.

Очнулась я не в смотровой комнате у Иосифа, а у себя в квартире. Надо мной склонилась незнакомая женщина расы эйфи.

– Простите, а вы кто? – недоуменно поинтересовалась я.

– Я Маргарита Уотерстоун.

– Э-э… Очень рада.