Съём без правил

А я все… Меня больше нет. Кожа плавится, внизу живота разгорается пожар. А мы ведь все еще на улице. Его сильные руки сжимают мою талию и, не дав опомниться, Костя ведет меня к себе домой. Дорога длиной в четыре этажа кажется вечностью. Но как только мы оказываемся в темноте его квартиры, я ощущаю себя невероятно защищенной. Нащупывая за моей спиной выключатель, Костя включает свет. Я жмурюсь, ослепленная белой вспышкой. Но так гораздо лучше, так я могу видеть своего журналиста. Здесь очень красиво. Мне нравится абсолютно все: и мебель, и обои под покраску, и зеркало, и паркет из массива.

Костя командует, и собака, которую он нежно зовет Аделиной, прячется на кухне. Голова кружится от радости происходящего. Сильные руки спускаются к бедрам. Из груди вырывается стон. Я прекрасно помню, как фантастически ощущаются его руки на голом теле, поэтому тороплюсь. Мы оба торопимся. Мы потеряли столько времени впустую. Мы упустили множество приятных минут.

Горячие губы Озерского ласкают мои, что-то с грохотом летит на пол, и я не совсем понимаю в какой именно мы сейчас комнате.

Мы отлипаем друг от друга лишь на секунду, я скидываю ботинки, а Костя смеется, прыгает на одной ноге, расшнуровывая свои кроссовки. Но это так чертовски долго…

Руки дрожат от возбуждения, я хватаюсь за ворот его куртки и тяну вниз, я хочу скорее раздеть его. Но мы снова целуемся, его горячие, наглые губы, не зная пощады, мнут мои. Я сама снимаю с себя куртку, а Костя скидывает свитер и что-то еще, что бесформенной кучей летит на пол.

Он пытается меня обнять, но я упираюсь руками в грудь. Притормаживаю, чтобы рассмотреть это идеальное тело. Мой голодный взгляд скользит по рельефной груди и ярко выраженным паховым и косым мышцам, а затем зависает на ямке пупка и сексуальной дорожке темных волос, что ведет за пояс брюк. Мои руки все еще упираются ему в грудь, я дышу, как будто пробежала марафон. Костя перехватывает мои запястья и резко сдергивает с меня оставшуюся одежду, ловко снимает бежевый лифчик и отшвыривает его куда-то в сторону. Теперь мы на равных. Оба голые по пояс. Стоим и смотрим, жадно впитывая друг друга.

Он тянет меня в ванную, довольно грубо избавляя от трусиков и буквально заталкивая в душ. Забирается под воду вслед за мной. Мы оба мокрые, смеясь, намыливаем друг друга. С моих волос течет вода и пена, но это так классно, что невозможно оторваться. Во время затяжного поцелуя, словно дикие, мы стучимся зубами.

Мы скучали друг по другу — это очевидно.