Съём без правил
0 прочтений
Я лишь приподнимаю брови, вынуждая ее пояснить.
— Ну, Марина, она ведь…
— Заучка? — заканчиваю я за нее, улыбаясь и по-прежнему глядя в красивые глаза.
— Простите, — смущается она, — мне не стоило так говорить…
— Вы, Люда, просто плохо ее знаете, — сажусь на подоконник рядом с дочерью Потапенко, — мы познакомились в тот же вечер и, знаете, у нее невероятный внутренний мир. Я чувствовал, что там есть такие стороны, доступ к которым для меня закрыт навсегда и которые я не смогу понять, как бы ни старался.
Отворачиваюсь, ухмыляясь. Ну какая чушь… А Людочка ведется. Ну и пусть, пусть обманывается, раз ей по кайфу. Она внимательно слушает, открыв рот.
В квартире гаснет свет и звучит древняя песня Кузьмина о том, что он не забудет ее никогда, и что-то там про сибирские морозы. Теперь мы сидим на подоконнике, совсем близко. Я чувствую аромат дорогих духов. Люда возвращает платочки, я запихиваю их обратно в карман и начинаю план захвата ее сердца.
Проникновенно заглядываю в глаза, поворачиваясь:
— Вы обязательно помиритесь, — лезу я не в свое дело.
Но Людочка, кажется, только и ждала этого момента. Эх, бабы, как же вы любите ощущать неудачу на собственной шкуре. Ведь я же с другой пришел, а это оказывается еще больше ее подстегивает.
Я ж тебя сожру, дорогая Людочка, и даже косточки выплевывать не стану.
Людочка, воодушевившись, начинает выливать на меня гору информации, рассказывать, как они познакомились с Марсом Ивановым. Я даже представить не мог, что бывают такие зачетные мужские имена. Хорошо хоть не Сникерсом Петровым.
По полу стелется какой-то странный дым, а под потолком крутится зеркальный шар. История любви Людочки безусловно очень интересна, но меня волнует другое.
— Мне думается, что Марс еще пожалеет о ссоре, он ведь хороший человек.
За все эти пламенные речи, я давно заслужил «Оскар».
