Съём без правил

— Того самого, — прочищает горло Марина, рассматривая ручку на двери в номер.

— Ты боишься этого слова? — шепчу, приближаясь, она непроизвольно отступает.

— Нет, просто не вижу смысла называть его.

— Забавно, — раздеваю ее глазами.

Марина разворачивается, отходит дальше, прижимаясь спиной к стене.

— Не забавнее, чем то, что мы таскаемся за чужим парнем.

Расстояние между нами ещё немного сокращается и теперь, если я поставлю ладонь над ее головой, оперившись о стену, смогу в полной мере ощутить ее близость. Мне кажется или Марина дрожит?

Моя невинная кошечка теряется.

Близость мужчины ее пугает не меньше, чем несущийся навстречу самосвал.

— Мы уже пришли, — сообщаю ей шепотом.

— Жаль, мне так нравилась наша прогулка.

— Ты кстати в курсе, что сарказм — низшая форма остроумия? — все-таки ставлю руку над ее головой.

Марина выскальзывает, разрывая между нами зрительный контакт.

— Как мы будем врываться, Джеймс Бонд? И доставай фотоаппарат, не хочу, чтобы ты пропустил лучшие кадры.

Приподнимаю левую бровь и медленно расплываюсь в улыбке.

— Стучи и говори: «Обслуживание номеров!».

— Ах вот, зачем я тебе была нужна. Молодой женский голос. Как же это гнусно, Озерский, — вздыхает Марина и заносит кулачок, чтобы постучать в дверь.

— Гнусно было использовать фотки чужих причиндалов на сайтах знакомств, а это вообще ни разу не гнусно.

— О боже, зачем я это услышала? — забавно морщит носик Марина.

 — Стучи давай, и погромче, а то за стонами не услышат.

А дальше все тянется, будто в замедленной съемке.

Картинки меняются, а я стою, почему-то подумав о самом дорогом мне человеке. Бабушка любит повторять, что я хороший, что нет во мне злобы и подлости, просто горе-мамаша испортила мне детство, так и не дав представление о нормальной семье. Поэтому я так неразборчив с женщинами. Помню, что уже в школе стал интересоваться у ее кобелей: «Вы у нас какой по счету?». Сравнивал их с хомяками и морскими свинками, один меня даже побил, заставив убегать из дома босиком. Но сейчас, глядя на то, как мечется Марс по комнате, пытаясь собрать вещи, натянуть портки, закрыть любовницу телом, я понимаю, что я такой, какой есть. Ведь идеальных людей не бывает и у всех есть недостатки.

— Вы? Какого черта? Вы что здесь делаете? — задыхается он от возмущения, глядя то на меня, то на Марину.

Выглядит жалко и растерянно, прыгая на одной ноге и оправдываясь:

—Я тут знакомую встретил.

Девушка полностью голая, сидит на кровати, прикрывая сиськи одеялом, и почему-то смеется.