Сиренити

И чуть не упал, когда мне на шею с радостным визгом: «Ма-а-а-кс!» кинулась Натали.

Я терпеливо ждал, когда у неё иссякнет лихорадочный порыв зачмокать моё лицо, и выпустил сестрёнку из объятий. Как же я по ней соскучился!

С сияющим лицом Натали схватила меня за руку и потащила показывать мою комнату, и я послушно поплёлся за ней, кинув тоскливый взгляд на Сиренити.

Моя королева одобряюще мне кивнула — мол, иди, отдыхай, а сама решительно куда-то направилась, на ходу раздавая указания слугам.

Но далеко я так и не ушёл.

Я остановился как вкопанный, когда увидел, как к Сиренити быстро подошёл один из её министров и звенящим от напряжения голосом объявил, что король Ксандрии объявил Эльдии войну…

Кажется, цена за мою жизнь становится слишком высокой…

Поверить не могу! Ксендел совсем обезумел: войну объявлять — это надо ж до такого додуматься!!! На этой планете триста лет войн не было! Видимо, он окончательно спятил после смерти наследника.

Бедный Макс аж побелел от таких новостей.

Наверное, я выгляжу не лучше.

Взяв эмоции под контроль, я обратилась к своему первому министру:

— Мессир Салливан, распорядитесь активировать щиты над всей Эльдией. Задействуйте все фиониты, что у нас есть. Этого должно хватить для обороны на три месяца.

— А дальше? — голос Салливана дрогнул.

— А дальше будут похороны Ксендела. Или чуть раньше, — мой голос звенел от едва сдерживаемой ярости. — Соедините меня с этим мерзавцем в конференц-зале, — отдала я приказ молоденькому связисту, и тот кинулся его исполнять.

— Вы уверены, что готовы говорить с ним? — взволнованно уточнил мой министр.

— Да, — процедила я сквозь зубы. Не то, чтобы готова, просто выбора у меня нет.

— И вы же понимаете, что должны принять ПРАВИЛЬНОЕ решение, — выразительно подчеркнул он слово «правильное», с неприязнью покосившись на Макса. — Как королева, вы обязаны заботиться обо всех своих подданных, и не должны ставить интересы одного человека выше всего королевства.

Вы и так потратили на этого… — замялся он, подбирая цензурные слова, — юношу половину бюджета страны на следующий год, ещё и в войну из-за него ввязались! — возмущённо воскликнул Салливан.

Видимо, Эйверин уже «обрадовал» его суммой, которую требует Корпорация, а известие о войне добило его окончательно.

— Ксендел пытался меня убить. Причём дважды за день! Его люди тяжело ранили одного близкого мне человека, и теперь он пытается уничтожить второго.