Сиренити

Эльдия — единственное место, где рабство отменено. И, пока я там правлю — так и будет.

— Королевства Мелисандрия, Вестрок, Лионезия, Эльдия и Ксандрия добровольно вступили в эту Программу, — продолжил Джулиан, — и их монархи настояли на своём праве определять её стоимость в каждом конкретном случае. Относительно вас, ваша светлость, — обратился он к Максу, — королём Ксандрии Ксенделом Девятым была установлена цена в пятьсот миллионов тайлингов, — голос юриста дрогнул.

Сколько-сколько??? У меня аж дыхание перехватило.

Пятьсот миллионов??? Да это же годовой бюджет всей Эльдии!!! Мне и за десять жизней не отработать такие деньги! Вот и всё, мне конец…

С убитым видом я посмотрел на Сиренити. Королева побледнела, на её персиковых скулах заиграли желваки, а глаза заметали молнии.

Ничего не поделаешь, ангел мой. Я всё понимаю… Ты попыталась, и это главное. Надеюсь, ты обретёшь счастье в этой жизни. А я буду охранять тебя с небес…

Во время моей последней встречи с Ксенделом он с ненавистью орал на меня, что я уничтожил не просто его младшего сына, а наследного принца, которому он хотел передать трон.

И заявил, что прикончит меня. Не соврал, гад…

В комнате повисла звенящая тишина.

— Я согласна! — неожиданно заявила Сиренити. Твёрдо так. Уверенно.

Я потерял дар речи и смог выдавить лишь хриплое:

Обещаю тебе, ангел мой, ты не пожалеешь!

Да, это безумие, я понимаю. Салливан меня убьёт.

Но он очень умный тип, мой министр экономики. Уверена, что вместе мы с ним что-нибудь придумаем, найдём способ возместить этот астрономический ущерб. В крайнем случае, продам все свои драгоценности, загородный замок и часть земель, влезу в кредиты. Жизнь Макса того стоит.

Определённо, теперь он самый дорогой ёжик в мире…

— Поздравляю, ваша светлость! — обратился ко мне юрист, и я усилием воли переключил-таки внимание на него. — Думаю, вам будет интересно узнать, что до её величества семнадцать аристократок из пяти королевств подавали заявку на участие с вами в этой Программе.

Но после того, как до их сведения доводилась цена вопроса, им приходилось снимать свою кандидатуру. И я очень рад, что на этот раз вам повезло.

Правда??? Семнадцать? Я неожиданно почувствовал благодарность к Ксенделу. Это даже хорошо, что он так взвинтил цену. Иначе мою королеву кто-нибудь бы опередил.