Сирийский рубеж 2

— Кеша, чтоб тебя так всегда кормили! Ты где разжился «Эталоном номер 5»? — обрадовался Хавкин, увидев содержимое коробки.

— Я знаю волшебные слова, — ответил Петров.

В состав сухого пайка входили различного вида консервы, чай, кофе и сахар. Также нашему «добытчику» удалось достать и шоколадку «Алёнку». На такой жаре не самое лучшее лакомство.

А вот концентрат супа с макаронными изделиями очень «понравился» нашему бортовому технику. Особенно когда он после приёма пищи искал туалет.

Когда солнце начало клониться к закату, я решил проведать Тосю.

На входе в палаточный госпиталь меня сирийцы не остановили. Но и внутрь мне не пришлось заходить.

Антонина сидела на небольшом ящике рядом со входом и устало смотрела в землю.

— Ты как? — присел я рядом с ней и приобнял.

Но Тося не ответила. В её хрупком теле такое ощущение, что закончились силы. Всё, что она могла — смотреть перед собой и не моргать.

— Много сегодня операций. Половина солдат останется инвалидами. Ещё троих отправили в Дамаск.

Один из них там и скончался. Короче, ещё один день на войне, — тихо сказала Тося.

Она глубоко вздохнула и прижалась ко мне сильнее.

— У тебя что нового?

— Слетал, прилетел, сидим и ждём команды.

— Текучка, верно? — уточнила Белецкая, и я подтвердил её мысль. — Саш, а что там насчёт свидания? Ты ведь обещал куда-то меня свозить.

— Ну, так обещанного три года ждут.

Тося закатила глаза и ткнула меня в бок.

— Так и знала.

— Обязательно свожу. Но в ближайшее время не получится.

— А мне сон приснился ночью.

Я вышла из нашего женского модуля в Думейре, а ты для меня построили очень красивый дом. Большой, как терем на Руси. А я радостная забегаю к девочкам и хвастаюсь. Мол, теперь все будут жить в модуле, а я в отдельном доме. Странный сон…

Из палатки выглянула ещё одна медсестра, чьё лицо было сильно взмокшим.

— Антонина, там Борисыч зовёт. Ещё одна операция сейчас будет, — сказала девушка и скрылась внутри.

— Мне пора, — сказала Тося и, поцеловав меня, зашла в палатку.

Я же продолжил сидеть и переваривать сон, который приснился Антонине. Знать бы ещё, что он означает."

"— Это типо намёк, чтоб я женился на ней? — проговорил я вслух.

И, похоже, меня услышали.

— Сон был с четверга на пятницу, — послышался из палатки голос Антонины.

Ну, точно на свадьбу намекает! Согласно приметам, сон с четверга на пятницу вещий. Похоже, что не отвертеться мне теперь.

Ночь, которую нам предстояло провести в вертолёте, была спокойной.