Глупо, сколько жутких историй начиналось с этого «поверила ему», — но я ничего не могла с собой поделать.
28
Родерик отошел от двери, потянулся ко мне. Я отступила.
— Я просто хочу разобраться с твоей травмой, — сказал он. — Постой смирно, пожалуйста.
Я отвернулась. Еще одна глупость, конечно же, он успел разглядеть и синяк, и «подпорченную симметрию».
— Неужели ты думаешь, что такая ерунда способна меня оттолкнуть? — Родерик развернул меня к себе. Коснулся ладонью моего лица, погладил по щеке. От его руки исходило тепло, и я еле удержалась, чтобы не потереться о нее, точно кошка.
— Ничего страшного, ушиб и пара гематом. — Он опустил ладонь. — Больше не болит?
Я подвигала челюстью туда-сюда, стиснула зубы, проверяя, не прострелит ли болью сустав.
— Не болит. Спасибо.
Он больше не касался меня, но и взгляда хватало, чтобы сердце снова заколотилось.
— Ты за этим шла?
— Да. — Сама не зная зачем, я добавила: — Я не хотела никого беспокоить. Алек настоял.
— В другой ситуации я бы сказал, что он настоял совершенно правильно, но сейчас… — Родерик покачал головой.
— Неловко вышло.
— «Неловко»? — вырвалось у меня. — По-моему, это называется по-другому.
Прикусила губу. Он ничего мне не обещал. Значит, у меня нет права его упрекать. Да в конце концов, хоть одного бабника перевоспитал скандал? Все, что мне нужно сделать, — уйти, завтра перед физподготовкой вернуть его подарки и забыть о нем. По крайней мере постараться забыть.
— Спасибо, что помог. Я пойду, скоро пара.
Я шагнула к двери, и шаг этот дался так тяжело, словно мне к ногам привязали камни.
Но ведь Родерик сказал, что они не вместе с весны!
— Нори, выслушай меня. Пожалуйста.
Я обернулась. Не могла не обернуться."
"— Я понимаю, что выглядело все это… — Родерик взъерошил себе волосы, словно так ему было легче думать. — Нори, за все время нашего знакомства я не сказал ни слова неправды. И я не назвал бы тебя своей девушкой, если бы ухаживал за другой.
— Правда? — выдохнула я и тут же обозвала себя дурой. Чего я ожидаю услышать? «Нет, вру, на самом деле у меня семьсот жен, триста наложниц и дев без числа»?
— Правда, — без тени улыбки ответил он.
— Но…
— Поверишь ли ты, если я скажу, что не ожидал и просто не успел увернуться?
Против воли я представила, как Корделия гоняется за Родериком, раскинув руки и вытянув губы трубочкой, а тот убегает, уворачиваясь. Хихикнула, но смешок вышел невеселым.
— Я очень хочу поверить, — прошептала я.
— Я ухаживал за Корделией, это правда.
