Смотреть ему в единственный глаз и не пялиться на изувеченную половину лица.
— Вместе явились, значит. Тогда выволочка подождет. — Он снова опустился в кресло, откладывая книгу в сторону. — Начнем с дела.
Я мысленно ругнулась. Наорал бы уже и отпустил, а теперь придется стоять и трястись в ожидании разноса. И наказания; если уж он вчера вкатил мне отработку по сути ни за что, то сегодня уж точно одной руганью не ограничится.
А Рейт словно забыл про меня.
— Феликс, ты успел познакомиться со своим соседом по комнате? Что скажешь о нем?
Феликс изумленно вытаращился на него.
— Ничего, господин декан. Мы не успели познакомиться.
— Ты его вообще не видел?
— Видел, если это можно так сказать, — осторожно произнес парень. — Он появился в комнате среди ночи, и я счел это время не лучшим для знакомства.
— Утром тоже было неподходящее время?
— Когда я уходил, сосед спал.
— И ты не попытался его поднять, чтобы товарищ не опоздал на занятие?
— Я был зол на то, что меня разбудили посреди ночи.
Кажется, Феликс решил, что его расспрашивают для того, чтобы наказать соседа за пьянку и прогул.
Ответы его становились все короче и осторожнее. И то сказать, уместное между равными — например, пожаловаться, что сосед ввалился пьяным и всю ночь не давал спать храпом, — в беседе с начальством превращается в донос.
— Когда Конрад вернулся в комнату, он был трезв?
Феликс заколебался.
— Я не могу ответить, спросонья не приглядывался.
— А заодно не прислушивался и не принюхивался, — усмехнулся декан. — Я расспрашиваю тебя не для того, чтобы примерно наказать Конрада.
Мне нужно понять, почему его никто не видел сегодня и объявлять ли розыск.
Розыск? Зачем? На первый взгляд все было кристально ясно: парень вырвался из-под опеки родителей и загулял.
Я слышала о подобных случаях, происходивших с выпускниками приюта. Кто-то, пустившись во все тяжкие, приходил в себя быстро; кто-то — пропив все деньги, а иные так и падали на самое дно. Наверное, и с отпрысками благородных семей могло такое случиться.
"
"Да что далеко ходить: я сама хоть и не запила, начала с того, что оставила треть подъемных в дорогущей лавке. Нет, сумка еще долго мне послужит, но, справедливости ради, я могла бы найти и лавчонку попроще, и вещь подешевле.
Правда, тогда я не познакомилась бы с Родериком, потому что на дешевую сумку вор бы не позарился, и не пришлось бы выручать меня от стражника.
Я почувствовала, что начинаю улыбаться как дурочка, и заставила себя вслушаться в слова декана.
