Со своего места я не могла разобрать, что она там пишет, а спросить боялась. Вдруг в подробностях излагает, почему я не могу учиться на боевом? Что ж, чем позже я об этом узнаю, тем лучше. Глупо, конечно, но мне хотелось оттянуть свой приговор.
— Вот. — Она поднялась из-за стола, и я встала вслед за ней. — Это отдашь декану, он передаст кому надо. Пока не снимем повязку, нельзя будет делать некоторые упражнения. Отжимания, подтягивания… впрочем, они знают, — перебила она сама себя.
— Значит, мне можно учиться? — выдохнула я, ощущая, как внутри распускается ледяной узел.
Меня не отчислят!
По крайней мере сегодня.
— Противопоказаний не вижу, — пожала она плечами. — Травма неприятная, но обошлось без осложнений. Если не случится ничего непредвиденного, восстановишься полностью.
— Непредвиденного? Например?
— Например, снова упадешь."
"А вот в этом я совсем не уверена. Хотелось бы, конечно, надеяться, что угловатый, получив отпор, оставит меня в покое, но вдруг он тоже из породы горбатых, которых могила исправит?
— Вот здесь протокол осмотра телесных повреждений.
— Она протянула мне второй листок. — Я оставлю в твоей карточке копию, но лучше бы тебе не терять свой экземпляр.
— Зачем он мне? — не поняла я.
— На случай разбирательства. Как раз перед тобой у меня был молодой человек, который очень настойчиво просил зафиксировать нанесенные ему побои.
Я похолодела. Девушка из низшего сословия избила обладателя баронского титула. Двумя неделями в камере я не отделаюсь.
Целительница кивнула:
— Вижу, ты поняла.
Я должна оставаться нейтральной, поэтому все, что могу сказать: не теряй.
— Вы и так много для меня сделали. Спасибо, — поклонилась я, прощаясь.
— Вещи свои не забудь.
Вещи? Ах, да, платок декана. Нужно ему вернуть. Впрочем, он же в любом случае сказал зайти после того, как обустроюсь на месте.
В коридоре никого не было, видимо, парни пошли сушиться. Лужа на полу исчезла: кто-то позаботился о чистоте. По коридорам корпуса сновали студенты, и никто не обращал на меня внимания.
Значит — в главный корпус и к кастеляну.
А может, мне лучше не к кастеляну, а к воротам и бежать без оглядки?
Нет. Если чему я и успела научиться за свою недолгую жизнь — нет настолько плохой ситуации, которую не мог бы ухудшить необдуманный поступок. Когда станет ясно, что мне грозит, тогда и буду думать, как действовать, а пока не стоит беспокоиться о том, чего я не могу изменить.
Солнце уже опустилось за дома и деревья, но не торопилось укатываться за горизонт.
