Система-Самоцветы 3: Темные грани

— Да? Ну и флаг ей в руки! В следующий раз скажешь ей, что у меня все просто отлично — болтаюсь по ночным клубам, напропалую бухаю с телками и вообще веду себя как сорвавшийся с цепи бабник! — сказал я и словил себя на мысли, что отчасти сказанное было правдой. В последнее время именно так я себя и веду.

— Обязательно, — пробурчала Настя и отвернулась к окну, дав мне понять, что больше она сегодня со мной разговаривать не намерена. Да и пожалуйста, я и сам не очень хочу развивать данную тему, а если уж совсем честно, то вообще не хочу.

Никита молча наблюдал за нашим словесным поединком, но благоразумно решил промолчать. Все правильно — когда двое дерутся, третьему мешаться не стоит.

Так, в полной тишине мы и доехали до моего дома.

— Макс, я тебе завтра звонить без крайней необходимости не буду, — сказал мне Никита на прощание. — Так что можешь не переживать, мой телефонный звонок тебя утром точно не разбудит, хоть целый день дрыхни.

— Окей, — махнул я рукой. — Надеюсь крайняя необходимость не возникнет.

Я пристально посмотрел на Настю, дождался пока она наконец повернется ко мне и подмигнул:

— Пока Настенька, не дуйся — всему свое время, — понятное дело, что в ответ она показала мне язык. Ох уж эти девочки!

Я вышел из машины и захлопнул за собой дверь. Никита медленно покатил домой. Я посмотрел вслед удаляющемуся «Гольфу» и потащился домой. Блин, что-то я за последние дни как-то сильно вымотался. Давно со мной такого не было. Хотя, кого я обманываю? У меня и таких напряженных дней давно не было, понятное дело, что от таких нагрузок предохранители в башке и перегореть могут! Хорошо хоть вчера с Настей в «Карате» оттянулись, а то бы вообще валился от усталости.

Я открыл входную дверь, включил свет в прихожей и невольно улыбнулся: все-таки приятно, что дома тебя всегда кто-то ждет и встречает, верно?

— Привет, Тоторо! Как ты тут без меня?

Чернов, как и обещал, в это утро меня не беспокоил, но вместо него позвонила моя мама.

— Максим, ты поросенок, ты знаешь об этом? — спросила она, как только услышала в трубке мой сонный голос.

Разумеется, я об этом знал, потому что ни разу не позвонил ей за последние пару дней, а для мамы это было слишком.