— Виски?
— Да, спасибо.
Роб налил виски.
— За Медовое дерево!
Жан усмехнулся. — За Медовое дерево!
Он разом выпил половину и поставил стакан на стол.
— Всегда о нем думаю. Интересно, кому-нибудь достался весь этот мед?
— Понятия не имею, Жан, но знаю, что ходили разговоры об осушении нашего болота и его вырубке.
— Тогда я не хочу туда возвращаться.
С полчаса они разговаривали на разные темы, затем Роб закурил сигару.
— Ну, ладно, Жан, рассказывай. Расскажи мне о России.
Уже светало, когда Роб вдруг встал.
— Жан, ты устал. Сможешь придти поужинать завтра вечером? — Он посмотрел на часы. — То есть сегодня вечером. Я хочу познакомить тебя со своими друзьями.
— Конечно.
— Тебе следовало предупредить меня о своем приезде. «Уиллард» — это хорошо, но...
— Для меня так лучше. Я обедаю с другом. Ты его, наверное, знаешь. Сенатор Билл Стюарт.
— Из Невады? Слышал, очень способный человек.
— Мальчиком он одно время перегонял скот, а однажды гнал стадо прямо по нашей дороге Милл Крик.
— На чьей он стороне?
— Ты про Аляску? Я уверен, он за покупку. Стюарт перебрался в Калифорнию одним из первых и является убежденным сторонником расширения наших территорий.
— Ты должен познакомиться с Самнером. Он выступает против нас, но в последнее время, по-моему, начинает колебаться. Жан, я хочу, чтобы ты поговорил с ним, я хочу, чтобы ты рассказал Самнеру об Аляске. Насчет Сьюарда можно не сомневаться. Он с самого начала был на нашей стороне, вероятно, раньше меня; пока я собирал сторонников, он служил мишенью для насмешек.
Газеты называли предполагаемую покупку «Глупостью Сьюарда», «Ледяным царством Сьюарда», но он обнаружил, что большая часть аргументов против Аляски та же, что использовалась противниками покупки Луизианы. Сьюард откопал все эти старые аргументы и опубликовал их.
— Пройдет ли это, Роб? Купят ли Аляску?
Уокер пожал плечами.
— Кто знает? Лично я верю, что купят. Я верю, что несмотря на оппозицию, договор будет ратифицирован, но нам придется здорово за него подраться.
Самнер не уверен в необходимости преобретения Аляски, но готов выслушать доводы; я кое-что скажу тебе про него, Жан. Он любит факты. Он хочет знать все, и когда говорит, любит приводить факты. Если мы дадим их в достаточном количестве, думаю, он встанет на нашу сторону.
Площадь, на которой стоял особняк, была темной и пустынной. Когда за Жаном Лабаржем закрылась дверь, он медленно пошел по городу.
