Через три или даже два месяца груз мехов в Сан-Франциско принесет дополнительную прибыль, но нужно быть осторожным... Барон Зинновий наверняка не будет спускать с него глаз. Тем не менее, в северных туманах или лабиринте каналов может случиться многое. Он должен выбрать лучшие места для быстрой покупки мехов, скользнуть в россыпь прибрежных островов, выскользнуть оттуда, а затем бежать. Полный вперед на юг и...
Он встал и начал расхаживать по комнате, размышляя над тоннажем груза, вооружении, товарах для обмена с индейцами.
Его мысли вернулись к Елене. Он вспомнил серые глаза, темные, зачесанные назад волосы, спокойное достоинство и ее красоту... он дурак, что тратит время на такие мысли. Она принадлежала другому человеку. Она племянница царя! И все же он думал о ней, и вряд ли перестанет думать, потому что, вдруг понял Жан, он полюбил ее.
На лестнице перед его дверью раздались легкие шаги. Жан опустил руку на револьвер, с которым никогда не расставался, и стал ждать. Громилы из Сидней-тауна вламывались не в один дом, грабя и убивая себе на потеху.
За дверью послышался скрип, затем тихий стук. Левой рукой Жан открыл дверь. Это был Барни Коль.
Он широко улыбался.
— По-моему, она наша! Я купил нам!
Глава 8
Граф Александр Ротчев аккуратно сложил газету «Альта Калифорниен» и опустил ее на стол рядом с тарелкой. Он был высоким пожилым человеком с точеными чертами лица, седеющими волосами и эспаньолкой. Он задумчиво посмотрел на свою жену. Елена, обратил он внимание, была сегодня утром необычайно спокойна.
Более того, она встала раньше, чем обычно. Она казалась моложе и свежее. Волосы ее были затянуты красивой лентой, и Ротчев рассеянно спросил себя, как она будет выглядеть с взлохмаченными волосами, и решил, что она будет еще очаровательнее. Если бы только он был на несколько лет моложе...
Граф вздохнул. К сожалению, некоторые вещи не подвластны достоинству стареющего дипломата, придворного и личного посланника царя. А жаль.
Он улыбнулся, вспомнив, что какой-то философ, он не мог вспомнить его имя, сказал, что ни один мудрый человек не захочет стать моложе.
Человек, сделавший это замечание, явно не видел Елену утром, сразу после ванны. А этим утром ее глаза сияли, на щеках играл румянец. Румянец, заставляющий задуматься.
Что бы ни отняли годы у графа Ротчева, они не смогли отнять знание женщин. Он женился поздно, его женитьба, скорее, подчинялась целесообразности, соединив две влиятельные фамилии в еще более влиятельный союз.
