Сюрприз для маркиза

Искры желания давно переросли в костер, и я опасалась сгореть до пепла в его огне.

Ему стоило только прислониться к моей жаждущей его внимания плоти, надавить на пульсирующий от возбуждения бутон языком, как я взорвалась фейерверком оргазма выкрикивая его имя и содрагаясь в сладких конвульсиях. Немного придя в себя, я поймала полыхающий в его глазах сапфировый пожар. Лоб Тристана покрылся испариной, руки крепко сжимали мои бедра, улыбка была хищной — контроль над зверем давался ему с трудом.

— Чего же ты ждёшь? — Спросила я и шире развела ноги.

Одним молниеносным движением он придвинулся глубже, где влажная, гладкая плоть встретилась с бархатной сталью. Он наклонился и вновь поцеловал меня в губы, одновременно с я зыком в мой рот, его твёрдый член проник в меня. Глубоко, и в то же время нежно, быстро, и в то же время аккуратно, он насаживал меня на свою длинну, моя плоть обхватывала его сильную мощь, и я двигалась ему навстречу бедрами в своем стремлении вобрать в себя ещё немного, ещё больше горячего удовольствия. Замерев на мгновение, он яростно зарычал, на руках вздымались вены от усилия сдержаться, продлить хоть немного… но я хотела все и сейчас, я жаляще укусила его за сосок и с громким капитулирующим хрипом Тристан излился в меня, продолжая двигаться до тех пор, пока вторая волна цунами оргазма не накрыла и меня. Надсадно дыша и пытаясь привести сознание в чувство я гладила по влажной спине мужчину, который шептал мне нежности и соленые глупости о моей «внутренней красоте». Счастливо откинувшись на кровать Тристан Силье сказал:

— Я люблю тебя, Соули.

— И я люблю тебя. — Ответила я и улыбнулась.

Глава 21. Вопреки видимости, именно зима — пора надежды

Тристан, стараясь не побескоить меня в чуткой дрёме, тихонечко оделся и ушел. Перед отъездом ему нужно было решить массу накопившихся дел: оставить несколько распоряжений, поговорить с Рэйджеи и подать ему рапорт о краткосрочном отпуске, закончить трудный политический отчёт о предательстве второго человека в государстве — он был слишком близок к правящей верхушке, и доверить слова бумаге мог только непосредственный свидетель его бесчинств, а собранные доказательства отправить в хранилище улик…  Да, в конце концов, одеться, соответственно торжественному случаю.

После бессонной ночи насыщенной событиями и сладкого блаженства утра, я долго нежилась в кровати не желая разрушать хрупкий момент счастья, окутывавшего меня словно теплый золотистый туман.