— Подожди, вот ввернется Марк Борисович и во всем разберется, — попыталась урезонить ее экономка. — Я верю, что ты не брала деньги. И он поверит.
— Вот тогда и вернусь! — Ирина осталась непреклонна.
В тот же день собрала вещи и уехала на съемную квартиру. Без Марка ей незачем было оставаться в особняке. Тем более незачем терпеть насмешки, не имея возможности оправдаться.
— Вот и посмотрим, какой из тебя хозяин, — произнесла Ирина, осматривая снятую комнату в общежитии. Решиться на большее она не рискнула, дабы не вызвать подозрений.
— Сумеешь навести порядок, найти и наказать виновных, тогда я и поверю, что ты тот самый мужчина. Сильный, решительный и честный.
Глава 20
— Могу я надеть маску и парик?.. — с мольбой в голосе спросила Лиза.
Сердце ее тревожно билось в груди, но отказать Владу она была не в силах. Ей и самой хотелось видеть его в момент близости, любоваться бронзовым загаром кожи, наслаждаться блеском глаз.
— Ты можешь все что угодно, — пообещал Влад.
Сам подал ей маску, но свою не надел.
Если девушка узнает его, так будет даже лучше. Он не хочет прятаться от нее. Ему нужны серьезные, продолжительные отношения, а не редкие встречи в клубе.
— Готова? — спросил он.
Дождался легкого утвердительного шепота и щелкнул выключателем. Тусклый свет ночника рассеялся по комнате, подсвечивая двух влюбленных. Удивительные метаморфозы произошли с девушкой. Белокурый парик теперь отливал золотом. Влад все ещё не видел ее лица и с трудом угадывал цвет глаз, но что-то во внешности Молнии, как окрестил он про себя незнакомку из клуба, показалось ему удивительно знакомым.
Как будто он уже встречал такую же прекрасную, но недосягаемую фею.
— Не смотри на меня так, — попросила Лиза.
Он протянул руку и тыльной стороной ладони коснулся ее шеи. В тусклом свете ночника она казалась нереальной, будто не живая девушка, а прекрасное видение. Но кожа ее была шелковистой и теплой, трогательная тонкая венка на шее пульсировала учащенно.
— Как «так»? — переспросил Влад.
Лиза внутренне сжалась, замерла.
Подавила настойчивое желание отвернуться, а то и вовсе сбежать из номера. В ее взгляде, обращенном на Влада, читался затаенный страх и одиночество. А возможно, страх одиночества. Такой же, какой испытывал сам Большой Босс. Его окружало множество людей, но ни с кем он не был так близок, как с этой девушкой, чьи глаза сейчас блестели непрошенной влагой.
— Осуждающе... — шепнула она. Судорожно вздохнула и все же опустила глаза. — Мне так стыдно.
