"
"Если бы все так далеко с Васей не зашло… Если бы не забрел я в джунгли собственных чувств, которым не мог дать названия, закрыл бы глаза и лихо оторвался.
Уверен, Паулина умелая… С ней я бы развлекся по высшему разряду. Но нет… Нет, и все тут! Все, до единого желания теперь были прочно повязаны на Василисе, и никакая другая замена меня не интересовала.
Все.
Допрыгался… Переклинило меня, ей богу, как сломанный тостер, который даже на режиме однерка превращает кусочек хлеба в горелый сухарь! Я мгновенно вспомнил, как Савицкий мне на своей свадьбе пожелал влюбиться:
— Я желаю тебе однажды влюбиться так, чтобы сдохнуть без любимой хотелось.
Чтобы всеми нервами, всей кожей наизнанку! Вот тогда ты меня поймешь…
Да ну его! Тоже мне дедушка Ванга нашелся! Просто ляпнул, не подумав! Помирать без любимой? Нет, я не из таких. Я люблю жизнь и все, что она дает… Живу, наслаждаясь каждым моментом!
— Кирилл Александрович, — подала голос Паулина.
Я обернулся.
Ах да, помощница!
— Извините, наверное, я вас не так поняла.
Паулина выжимала волосы полотенцем, выглядела чуточку бледнее, чем до происшествия в ванной, а в остальном была все такая же.
— Подобного больше не повторится, — опустила вниз ресницы и села на кресло.
Забросила одну ногу на другую, в вырезе халата ноги обнажились до самых бедер.
— Вы позвонили очень поздно. Сказали, чтобы я приехала, — тихим, но твердым голосом сказала Паулина. — Когда я уточнила, что брать с собой, вы сказали.
“Ничего, кроме себя!” Я приехала. Ничего, кроме себя, не взяла, — поджала пухлые губы.
Я оглянулся. На спинке дивана висело пальто, рядом стояли туфли и… больше ничего. Никакой одежды. Она голая была под пальто, что ли?
— Ты все не так поняла! Я не имел в виду, чтобы ты приезжала голая и ублажала меня! Я ценю тебя, как работника, как помощницу! Мне нужен был хороший мозговой штурм! Понимаешь?
— Мозговой штурм? — уточнила Паулина.
— Да. Блин, штурм мозговой! Нужно было обдумать кое-что.
Я совсем не ожидал, что Паулина пойдет на штурм моего тела.
— Ох, простите!
Выронив влажное полотенце на пол, помощница закрыла лицо ладонями и всхлипнула.
— Так… Ты снова плачешь! — нахмурился я. — Прекращай это делать. В последнее время ты ведешь себя странно. То в слезы бросаешься, то на меня…
— Простите! Мне так неловко, так стыдно… — произнесла, быстро-быстро вытерев лицо подолом халата.
