И не должна была сейчас говорить о себе, нужно было сказать о фактах!
“Крестовский, Буся — твоя дочь!”
Всего четыре слова, что может быть проще?! Но я даже написать это не могла… Постоянно комкала бумагу, а потом потеряла ручку. Оказывается Буська стащила ее у меня и с аппетитом грызла колпачок.
— Смотри, чтобы не проглотила. А еще лучше дай сюда, проказница!
Бабушка забрала у Буси ручку, убрала на верхнюю полку. Ловко заменила колпачок оладушком.
— Все гадаешь, как сказать Крестовскому правду? — догадалась бабушка.
— Давай я расскажу, если не можешь.
— Спасибо, но я сама.
— Ты гордиться должна, что взяла дочку сестры на себя, стала ей мамой! Правду скрыла, здесь гордиться нечем. Но всегда можно сказать, как есть. Тебе стесняться нечего. Ты же не воришка миллиардов, как эти депутаты. Слышала сегодня по новостям, того, Лукошкина оправдали. Пятьсот миллионов рублей из казны спер, деньги под его ведомством пропали, но доказательств не оказалось. Смотри, как надо жить, а? По полмиллиарда воровать и не стесняться! — заворчала по-старушечьи.
Я оторвала взгляд от пустого листа бумаги, посмотрела на бабулю.
— Ба, а ты куда собираешься?! Приоделась… Когда успела?
— Когда успела? Милая, я оладьи нажарила, посуду перемыла, курицу размораживаться достала. Пока ты думала…
— И все же куда ты собралась? — я посмотрела на бабушку в нарядной бордовой кофточке с бантом на левой стороне груди.
— В больницу, за лекарствами пойду. Вчера медсестра звонила, сказала, что пришли таблетки."
"— Бабуль, они еще три месяца назад должны были прийти.
Мы уже сами все купили!
— Все равно схожу, бесплатно же.
— Ты и сама знаешь, что бесплатно выдают только то, что не помогает совсем. Стоят копейки!
— Копейка рубль бережет. Что же я не заберу таблетки свои копеечные, а потом какой-нибудь Лукошкин с них миллиарды себе сколотит, обдирая старушек? — возмутилась бабушка. — Ни шиша! Пойду и заберу. Не достанутся ворюгам!
— Бабушка, в больницу — это же на целый день!
— Николаевна тоже пойдет, как раз все новости обсудим.
К вечеру вернусь, — пообещала она. — Во сколько у тебя свидание? В семь я точно буду дома.
— А сейчас…
Я была слишком расстроена.
— Сейчас тебе не помешает меньше думать, больше делать. Сходи погуляй с Бусей, проветрись! — посоветовала бабушка.
— Но ба…
— Я ушла! — бодро отозвалась бабушка и хлопнула дверью!
Нарочно она меня одну с Бусей оставила, чтобы я на заботу о малышке отвлеклась и не думала о плохом, не накручивала себя.
