Скала Прощания. Том 2

Даже люди Скали из Кальдскрика, именовавшие себя победителями, не спешили показать себя, словно опасались тех, кого покорили. В это мрачное лето, полное снега и тревог, победители склонялись перед силами природы.

Эолейр твердо решил, что ему необходимо отыскать Джошуа, если принц еще жив. Мегвин отослала его с этим поручением по каким-то своим, не вполне понятным ему соображениям, но теперь Эолейру стало ясно, что север Светлого Арда оказался в плену теней сверхъестественного происхождения.

И уже не вызывало сомнений, что тайна меча Сияющий Коготь имела к происходящему какое-то отношение. Почему еще Боги позволили ему попасть в невероятно странный подземный город и познакомиться с его еще более необычными обитателями? Граф Над-Муллаха был прагматиком по природе. Долгие годы служения королю ожесточили его сердце, он не верил в фантазии, но опыт дипломата не позволял ему доверять случайным совпадениям. Предположить, что нет ничего невероятного в лете, которое стало зимой, в появлении существ из легенды и внезапной важности забытых, почти мистических мечей, значило закрыть глаза на реальность, очевидную, как моря и горы.

И несмотря на бесконечные дни, проведенные при дворе в Эркинланде, Наббане и Пердруине, а также все осторожные слова, сказанные им Мегвин, Эолейр был эрнистирийцем. А эрнистирийцы в большей степени, чем другие смертные, помнили.

"

"Пока Эолейр ехал по Эркинланду и по унылому Утаниату, в сторону места битвы при Акх-Самрате, буря усилилась. До сих пор, пусть и не по сезону, шел вполне обычный снег, как в начале новандера. Но теперь ветер усилился, превращая равнинную местность в сплошные белые пустоши. Холод стал таким яростным, что ему пришлось на несколько суток отказаться от путешествий ночью, однако он не слишком беспокоился, что его могут узнать: дороги оставались пустынными даже в серый холодный полдень.

Эолейр с мрачным удовлетворением отметил, что Утаниат – графство Гутвульфа, одного из фаворитов Верховного короля – пострадал от ужасной погоды ничуть не меньше, чем Эрнистир. Все же есть хоть какая-то справедливость.

Бесконечное путешествие по белым пустошам заставило его задуматься об оставленных им людях, но прежде всего он тревожился из-за Мегвин.