В это мгновение она верит всему, что говорят об этом острове.
Во все слухи. В проклятие.
Она чувствует зло в самой сути острова, оно буквально витает в воздухе. Майкл Циммерман был прав. Есть здесь какое-то зло.
И это нечто не хочет, чтобы они здесь находились, оно не успокоится, пока не изгонит их отсюда.
Охваченная первобытным страхом, Элин ощущает, как гулко стучит в груди сердце, отдаваясь в горле.
Прочь. Прочь отсюда. Ей необходимо отсюда выбраться.
Держа фонарик перед собой, Элин бежит обратно тем же путем, которым они пришли, следуя за изгибами стены до входа в пещеру.
Поворачивает направо и налево, спотыкается, пытаясь найти выход; фонарь выпускает хаотичные лучи в темноту. Перед ее мысленным взором мелькают образы: плащ, камни, фотографии. Но видит она только выход впереди, где тонкие полоски солнечного света придают стенам серебристый оттенок.
Элин мчится к выходу и спрыгивает обратно в карьер. После сумрака пещеры нещадно печет солнце, но она не останавливается, а лихорадочно пересекает каменоломню в сторону тропы.
За спиной раздаются шаги, Стид зовет ее, но она не реагирует. Она карабкается наверх, частично по тропе, а частично по осыпи, и камни срываются вниз от прикосновения ее пальцев.
Легкие уже горят от напряжения, но она бежит дальше.
В конце концов она добегает до края карьера. Из зарослей проступают контуры тропы – Элин и Стид примяли листву по дороге сюда. Собрав последние силы, Элин снова бежит, но через несколько минут все тело начинает вопить от боли, пот заливает лицо и грудь.
Она останавливается, приседает на корточки и накрывает голову руками, а в ушах звучат отцовские слова:
«Ты трусиха, Элин. Трусиха».
– Эй… – Ее догоняет Стид, по-прежнему сжимающий в руке фонарик. – Что случилось? Тебе нужен ингалятор?
Элин качает головой и снова слышит свое хриплое дыхание.
– Я просто не могла там оставаться, я…
Она умолкает, почувствовав боль в руках. После того как Элин карабкалась по осыпи, по всей коже видны зигзаги царапин и проступающие капельки крови.
– Ты не обязана ничего объяснять. Это было ужасно, – дрожащим голосом произносит Стид. – Еще секунда, и я бы тоже сбежал.
Он качает головой, и Элин видит, что на его лице написан страх.
Стид тоже это почувствовал. Как будто в пещере находилось само зло.
– Но я думаю, – осторожно говорит он, взяв себя в руки, – когда сталкиваешься с чем-то подобным, невозможно удержаться и не попробовать в этом разобраться.
Элин кивает, подыгрывая ему, потому что так легче.
