Я закончил уборку в ресторане и подошел к павильону для йоги. Я поднимался по лестнице, когда заметил какую-то ткань с другой стороны балюстрады. Яркая, не пропустишь.
Майкл снова берет в руку кепку, теребит ее пальцами. Этот жест кажется Элин странно знакомым, словно она уже видела, как это делает Майкл или кто-то другой.
– Продолжайте, – мягко говорит она.
– Я подошел ближе, чтобы подобрать этот предмет, и тут… – Он облизывает губы. – Тогда-то я ее и увидел – там, на скалах. Я сразу понял, что она… – Он на секунду умолкает.
– А во время смены вы больше не заметили ничего необычного? Подозрительного? Никто не бродил там, где не должен?
– Во время смены нет, но…
Фарра вскидывает голову и бросает взгляд на него.
Майкл ерзает на стуле.
– Скорее всего, это не имеет отношения к делу, но на прошлой неделе ночью случилось нечто странное. Я проснулся по нужде, так бывает в моем возрасте.
– Вы это видели из помещения для персонала?
– В котором часу это было, если поточнее?
– Часа в четыре или немного позже. У этого человека был фонарик, и он светил на скалу, как будто что-то искал.
– Наверное, это был кто-то из гостей, – небрежно говорит Фарра, поворачиваясь к Элин. – Некоторые фотографируют скалу по ночам. Понятия не имею зачем, когда едва можно что-либо разглядеть.
Майкл издает невеселый смешок:
– В таком месте я уже ничему не удивляюсь.
Элин чувствует мурашки по коже.
– Этот остров не может похвастаться блестящей репутацией, правда? Поймите меня правильно, конечно, здесь все изменили, но все равно что-то чувствуется, в особенности рано утром, когда вокруг ни души.
– Что именно чувствуется?
Элин наклоняется вперед. Ей не по себе.
– Что-то… недоброе. – Он нервно сглатывает. – Один постоялец несколько недель назад сказал то же самое.
Ей стоит усилий говорить ровным тоном.
– Да. Художник, который создал гобелен, висящий у стойки администратора, рассказал, что он ходил в старую школу – ту, которая сгорела. А потом приехал посмотреть на свой гобелен и узнать, как тут все, – продолжает Майкл. – Ему понравилось, но он сказал… – Он умолкает, на мгновение застыв в размышлениях. – Сказал, что до сих пор это ощущает, – наконец произносит он. – Зло.
