Элин бежит через щетину травы к пустому пляжу. Стида нигде не видно.
Повернув налево, Элин бежит вдоль берега и мимо ресторана, высящегося над пляжем на металлических сваях. Это хижина в деревенском стиле, над дверью висит выбеленная морем коряга с названием: «Лобстер». Ресторан закрыт. Еще вчера вечером на террасе было многолюдно, и сказочные гирлянды освещали бутылки с вином, стоящие в мини-холодильниках, и корзины со сверкающими мидиями и картошкой фри.
Элин обнаруживает Стида чуть дальше, под нависающим рестораном.
У них сразу сложились отличные профессиональные отношения.
Рядом с ним стоит женщина. Лет под пятьдесят, высокая и мускулистая. На ней синяя купальная шапочка под цвет купальнику, тонкая резина подчеркивает форму головы. Несмотря на жару, она дрожит и в нервном ритме приплясывает с ноги на ногу.
Стид поворачивается, и когда он немного отодвигается, Элин видит ногу на песке. Бледная икра и похожие на салат ошметки водорослей, прилипшие к коже.
Она машинально отступает в сторону, чтобы лучше рассмотреть.
Это подросток. Ужасные раны – порезы на лице, груди и ногах. Одежда превратилась в лохмотья, рубашка поло целиком разошлась по шву.
Элин подходит ближе, и зрение расплывается, воздушная дымка, словно сироп, размывает сцену. Элин делает еще шаг, и тут все складывается в цельную картину.
Она судорожно охает.
Стид резко оборачивается на звук и удивленно распахивает глаза.
– Элин? – недоумевает он. – Ты…
Но остальные слова растворяются в воздухе. Элин бросается бежать. Теперь она понимает, почему вызвали Стида.
Хана Леджер и ее сестра Джо ждут на пристани лодку, которая отвезет их на остров; чемоданы и сумки сложены у их ног. Хана потирает затылок. Солнце выжигает там мягкую кожу, почти как прямым лазерным лучом.
