Вода кишит людьми – пловцы, покачивающиеся лодки и каноэ, одинокие фигуры на досках ближе к горизонту. На мелководье плещется ребятня, поднимающая брызги. Малыш бьет пухлыми ручками по пене.
У Ханы сосет под ложечкой, но она заставляет себя вернуться взглядом к малышу.
Не отворачивайся. Нельзя вечно оставаться слепой.
Джо смотрит на нее через очки-капельки и шумно выдыхает. От этого подскакивают тонкие пряди белокурых волос, выбившихся из хвоста.
– Просто жарко. Не ожидала, что здесь будет такая духота.
Темные волосы Ханы, постриженные неровным каре, взмокли и прилипли к затылку. Она взъерошивает их.
Джо копается в легком спортивном рюкзаке с множеством карманов и молний. Вытащив бутылку воды, делает большой глоток и передает бутылку сестре. Хана пьет теплую жидкость с привкусом пластмассы.
У ее сестры потрясающая фигура. Высокая, загорелая, она умудряется превратить белое пляжное платье из хлопка и пробковые сандалии, уже немного разношенные, в нечто хипповое и воздушное.
Прищурившись на ярком солнце, Хана следует за ней до конца пристани. Сам остров выглядит размытым на фоне яркого круга солнца позади него. Четко видна только печально знаменитая скала, торчащая на вершине холма с левой стороны, она напоминает профиль фигуры в капюшоне, а острый выступ похож на косу.
Хана напрягается, от одного этого вида она как будто ощущает удар в солнечное сплетение.
– Не ожидала, что скала и правда выглядит как…
Джо поворачивается, и хвост хлещет ее по лицу.
Несмотря на темные очки, всякий раз, бросая взгляд на остров, она видит мутную тень скалы. Такой резкий контраст с рекламным буклетом – белый песчаный пляж, пышная зелень.
– Но ты ведь ждешь с нетерпением, когда мы туда приедем? В смысле, на курорт, – громко произносит Джо, перекрикивая завывания гидроцикла.
Хана выдавливает улыбку, хотя втайне страшится поездки.
Когда Джо в первый раз позвала ее, она отказалась.
Хана придумала очень удобный, как ей казалось, предлог для отказа: без Лиама это совсем не то.
