Скалка

Доказательств-то нет. Я вообще не должна была нигде с ним встречаться, ведь только приехала…

— Ладно, проехали. Посмотрим, что дальше делать. Но к Холодову со шпорами точно нельзя, — говорит в итоге Колька, утыкаясь носом в ворот свитера, он тоже без куртки. — Похоже, он станет самой большой проблемой в этом году.

Настроение ниже плинтуса, девчонки все равно меня подозревают, о легкости и шутках можно забыть. Один только Голубев, который хоть и не был с нами в сквере, но все уже знает, поддержал. Написал в чат наш, что не верит, будто это все моих рук дело.

Так неловко стало от его доверия. Что же делать?! Попала как кур в ощип.

Мне надо зайти после последней пары к социологу, а потом еще к историку. Я даже рада: не придется вместе с ребятами ехать в общагу. Не представляю, как со всем этим разобраться теперь!

— Скалкина? — на лестнице вопросом меня останавливает какая-то незнакомая девушка. — Холодов велел зайти к нему в кабинет. Сейчас.

— А зачем? — спрашиваю у девушки, но она вряд ли знает. Наверное, на кафедре работает, на студентку не очень похожа.

— Понятия не имею. Иди лучше. Он… короче, лучше не зли его.

Не зли его… ага, не зли. Ему будто повод нужен. Хотя сегодня я отличилась так, как никто другой. Ну, я еще не слышала, чтобы кто-то у «чистильщика» списывал так, как я сегодня. Иду к нему в кабинет как на эшафот, внутри все сжимается от страха. Вокруг студентов много, все суетятся. Где-то тут на этаже, где расположилась кафедра филологии, должен быть кабинет. «Холодов Я. Д.». Ну конечно, как я сразу не сообразила: «Я.

Дверь вдруг резко открывается, я не успеваю отпрянуть и практически врезаюсь в гада, то есть он в меня, да так, что ударяюсь лбом ему в ключицу.

— Ай!

Больно-то как! Перед глазами засверкало что-то, потираю ушибленный лоб. Шишки только не хватало.

— Ну заходи, раз пришла.

А сам хватает меня за руку и втаскивает в свой кабинет. Осматриваюсь, небольшая такая комната, скучная, неуютная. Только массивный стол, два стула, еще пару шкафов. Смотреть не на что, но лучше на голые стены пялиться, чем снова видеть этот огонь в синих глазах. Хватит уже, нагляделась сегодня.

— Говоришь, никто на списывании никогда не ловил?

Он подходит ко мне непозволительно близко, так близко, что почти касается моей кофты воротом пиджака.