Скандал ей к лицу

– А как насчет Тиндейла?

Джулиан посмотрел на жену:

– Я удивился, увидев его рядом с тобой.

В его словах прозвучал невысказанный вопрос, и Нелл напряглась.

– Ты что, думаешь, что я его поощрила к этому? – тихо спросила она сердитым тоном.

– Нет, нет, – поспешил ответить Джулиан. – Я просто удивился, как он осмелился приблизиться к тебе.

– Тиндейл может осмелиться на что угодно, – пробормотала она. – Я не имею власти над ним. Я не могла ничего поделать, когда он уселся рядом. Я была бесконечно признательна кузену Чарлзу, что он присоединился к нам.

– Ты полагаешь, что Тиндейл рассказал кому-то из моих кузенов о своей роли в нашей женитьбе?

– Не знаю... – пожала она плечами, – хотя у меня создалось впечатление, что твой кузен Чарлз знает больше, чем кажется.

Джулиан горько усмехнулся:

– В этом, дорогая моя, весь Чарлз. Он играет, не раскрывая карт.

За их спиной раздались шаги остальных, и они прекратили разговор и продолжали двигаться к выходу. В холле их уже поджидал Карсуэйт с вещами Нелл, леди Дианы и Элизабет.

Натягивая перчатки, Нелл поблагодарила дворецкого.

Пока леди Диана и Элизабет надевали перчатки и болтали с Уэстоном и Раулем, которые последовали за ними в холл, Нелл воспользовалась моментом и еще раз оглядела элегантное помещение. Двери, на которые она раньше не обратила внимания, были широко распахнуты, и, заглянув внутрь, она увидела комнату, отражавшую, как и остальные, не только безупречный вкус владельцев, но и значительное богатство. На дальней стене над камином Нелл заметила большой портрет в массивной золоченой раме.

Портрет притянул ее, и, не глядя ни на кого, она медленно пересекла комнату и остановилась перед ним. На картине были изображены некий джентльмен и мальчик лет десяти. На джентльмене был наряд из шелка и атласа, фасон которого вышел из моды около десяти лет назад. Руку его украшал перстень с потрясающим сапфиром. Нелл сразу узнала фамильные черты Уэстонов, их повторяло в миниатюре лицо мальчика, любовно прислонившегося к колену джентльмена.

Нелл как завороженная всматривалась в смуглое красивое лицо, и сердце ее забилось тяжелыми и мучительными ударами. Она знала это лицо. Она уже видела раньше этого улыбающегося джентльмена... Только тогда он не улыбался... когда она его видела. Комната поплыла у нее перед глазами, тошнота подступила к горлу. Стук сердца стал невыносимым... воспоминание, царапаясь, пробивалось на поверхность, высвобождаясь из глубины сознания. О Боже! Она вспомнила.