Скандал

– Нет, слава и хвала Господу, он сидел тихо!"

"– Я слышала, как он тявкнул один раз, – сказала Тула. – Но так тихо, что она вряд ли услышала. По крайней мере, она никак не отреагировала, а я, на всякий случай, стала говорить громче.

– Сейчас поднимусь и приведу его сюда, – сказал Кристер. – Итак, мы едем?

– Да, – медленно произнес Томас. – Да, теперь более чем когда-либо.

– Да, – согласилась Тула. – Ибо если твоя Магдалена умерла, мы должны выяснить, как это случилось.

Кристер пошел наверх. Ноги заплетались.

Он никогда не сможет примириться с мыслью, что его несчастная маленькая подруга мертва.

Однако нужно смотреть правде в глаза.

5

ПОЧЕМУ? Почему я здесь?

Чем я заслужила такие муки?

Неужели никому нет до меня дела? Где же все?

Они не знают, где я?

Впрочем, я и сама этого не знаю.

Эти ужасные, жуткие стены! Такие тесные, такие высокие. Как шахта.

Крохотное окошко для света высоко-высоко вверху. Оно так мало, что едва справляется со своим предназначением. Тяжелая дверь, такая громоздкая и кошмарная.

Она почти никогда не бывает открыта. Отверстие, в которое просовывают отвратительную еду.

Здесь невозможно привести себя в порядок. Спертый зловонный воздух. О, где моя прекрасная одежда, что они сделали с ней? Почему на мне это гадкое дерюжное рубище, от него все тело зудит и язвы на шее.

Почему? Что я сделала?

Сварливая женщина, что приносит мне еду и время от времени опорожняет ведро. Она, похоже, ненавидит меня. Во всяком случае, она никогда не отвечает на мои вопросы.

Где я?

Несколько раз я слышала странные крики. Плач по ночам. И жуткий смех, который, казалось, никогда не прекратится.

Как долго я здесь! Долго-долго.

Надежды нет.

Я начинаю смиряться с тем, что так пройдет моя жизнь. Сначала я плакала.

Тогда они открывали окошко и орали «Заткнись!»

Иногда я кричала и колотила в дверь. Тогда они наказывали меня, моря голодом по нескольку дней.

Их отвратительная еда – тоже наказание!

Потом я научилась молчать. Я вычеркнула себя из жизни, чтобы они забыли обо мне.

Забыли, что я живое существо, умеющее говорить. Теперь они только кормят меня, а на остальное им наплевать.

Так лучше всего.

Иногда я думаю, что сойду с ума от этого. От монотонного прозябания, когда ничего не происходит. Ни единого луча света в духовном мраке вокруг меня.

Ноги мои исхудали и ослабли. Я начала ходить взад-вперед по своей темнице, чтобы они совсем не отказали.

Руки мои тощие, как щепки.