Едва я взглянула на него, у меня перехватило дыхание. Мало того что Трент был умопомрачительно красив, стоя обнаженным по пояс в одних шортах для бега, так еще его глаза говорили, что он кого-нибудь убьет, если его приказы не будут исполняться.
Кубики его пресса были настолько великолепны, что им стоило посвятить афишу на Таймс-сквер.
– Так вот что ты думаешь? – Он хмыкнул, изогнув губы в ухмылке. – Я не твой парень, милая.
– Тогда кто ты? – с усилием сглотнула я.
Он наклонился ближе и прошептал мне в шею возле плеча:
– Твоя погибель.
Не успела я понять, что происходит, как задняя дверь машины Бэйна открылась, я спиной полетела прямо на сиденье, а Трент взобрался на меня верхом. Он заполнил собой все пространство, оставив место только для страсти и греха. Навалился на меня всем телом, и я почувствовала его внушительную эрекцию. Я устроилась, шире разведя ноги, насколько позволяло маленькое пространство, и, сжав ладонями его ягодицы, притянула ближе к себе.
Я стонала, царапая его голую, взмокшую спину, а его член упирался мне в живот, заставляя сходить с ума, двигать бедрами и неудобно ерзать в погоне за его прикосновениями.
Он трахал меня через одежду в машине моего бывшего парня, и это было неслучайно. Так Трент и поступал. Заявлял права на свою игрушку, играл с ней, а некоторое время спустя уничтожал.
– Зачем ты это делаешь? – спросила я, чувствуя, как от трения нагревается кожа. Мое тело молило, чтобы все преграды между нами исчезли.
– Что делаю?
– Зачем демонстрируешь свою дурацкую позицию в машине Бена? Ты же явно шел за мной следом.
Ты делал это каждое утро всю неделю?
– Да, – честно ответил он и приподнялся на локтях, чтобы снять низ моего бикини.
Трент снова устремил взгляд мне между ног, будто соскучился. На вытатуированный черный крест на тазовой кости, рассеянно водя по нему большим пальцем.
– Но время было неподходящее. Нам нельзя попадаться на глаза.
– Я знаю. Не попадемся, – ответила я.
Мы оба многое могли потерять. Я даже больше, чем он, но ему незачем было об этом знать.
Мне нравилось, какие чувства пробуждал во мне Трент, но я бы не доверила ему даже утюжок для волос, не говоря уже о моей тайне. Я не хотела, чтобы у него стало еще больше рычагов давления на меня."
"Он закинул обе мои ноги себе на плечи, наклонился вперед, заставляя напрячь бедра и шире развести их, потом провел языком от промежности прямо вдоль складок. Я задрожала, широко распахнув глаза от шока и удовольствия.
