Скажи, что любишь

И тут раздался выстрел…

— Так трагично, дорогая… Про тот случай так и писали: «трагедия», верно?

— Да, — произнесла Келси, поморщившись при этом слове. — От богатства нашей семьи ничего не осталось. Ублюдок, который выиграл наш дом, вышвырнул из него меня и сестренку спустя несколько дней после похорон.

— Именно ублюдок, — возмущенно произнесла Регги. — По-другому и не скажешь! Кто он? Я хочу показать его дяде Джеймсу.

Келси слабо улыбнулась.

— К сожалению, я не знаю его имени. В те дни мне было не до того.

— Бедняжка, — вздохнула Регги.

— Причина заключалась в другом, Регги, — уточнила Келси. — У нас все еще было к кому обратиться. Оставалась сестра матери тетя Элизабет. Добрая, милая женщина… вы ее видели.

— О Боже! — воскликнула Регина. — Так это была она?..

— Да. Тетя и моя сестра приехали в город за покупками и остановились в «Олбани»… Они не знают, что я сделала. Мне пришлось обмануть и их тоже. Они считают, что я ухаживаю в Лондоне за больной подругой.

— Вы меня окончательно запутали.

— Простите, я забегаю вперед… После смерти родителей я и моя сестра Джин перебрались к тете. Она очень хорошо к нам относилась. Все было бы прекрасно, если бы не муж тети Элизабет…

— Нет, просто слабохарактерный человек из добропорядочной, но небогатой семьи. Даже дом, в котором они живут, принадлежал моей семье. Моя мать никогда не могла понять, зачем тетя Элизабет вышла за него замуж. Как бы то ни было, все эти годы они прожили счастливо и… тетя до сих пор не знает, что произошло.

— Я тоже подумала про карты, когда увидела Элиота ночью перед бутылкой виски и с пистолетом в руке. Он всю жизнь трудился, чтобы содержать семью, у него была неплохая работа. Но он ее потерял. Беда окончательно выбила его из колеи. Мне кажется, он просто утратил веру в себя… Словом, они продолжали жить, как будто бы ничего не произошло. И даже взяли в дом меня и сестру, хотя уже не могли этого себе позволить. Долги продолжали расти.

— И вы отговорили Элиота от самоубийства… Не уверена, что поступила бы так на вашем месте.

— Лучше бы от его самоубийства никому не стало. Тетя не перенесла бы такого удара. Она не подозревала, что дела обстоят настолько плохо и угроза нависла над самим ее домом. Через три дня мы все могли оказаться на улице.