Скажи миру – «нет!»

 – Буди смену и ложись, руки сотрешь!

Я расстелил плащ прямо тут же, на носу, и, улегшись на одну его половину, укрылся другой, подсунув под голову вещмешок. Звездное небо медленно двигалось надо мной.

И я думал, что усну не скоро. А уснул сразу.

Опасения Свена, к счастью, оказались беспочвенными – ветер дул и на следующий день, и ветер попутный. Но было невероятно скучно. Берег – однообразный пляж, за которым поднимались поросшие лесом скалы, – тянулся без конца.

Драккар качало. Меня качка на воде никогда не волновала, но многие из ребят определенно «заскучали».

– Около полудня причалим, – перешагивая через скамьи, ко мне подошел Свен. – А там часов восемь через лес – и мы на месте.

– Никогда не думал, что плавать так скучно, – признался я.

– Скучно было, когда мы ходили в Америку. Почти два месяца на драккаре!

– Как там, в Америке? – поинтересовался я.

Свен неопределенно повел рукой:

– Да то же, что и здесь…

Тем временем Север, которому, очевидно, в корень надоело скучать, вдруг затянул нарочито грубым голосом протяжную песню:

Несколько мальчишек откликнулись – те, кто знал эту песню:

– Эй, варяги, – снова начал Игорь: —

– Пару-ус! – заорал с носа один из англичан…

…Корабль вынырнул из-за мыса километрах в полутора от нас – мы только что прошли мимо.

– Эй, Свен! Это, клянусь честью, Тиль ван дер Бок из Терсхеллинга!

– Каким ветром его сюда надуло?! – рявкнул Свен, но не особо сердито.

– Знакомый? – спросил Сергей.

– Сложный вопрос… В смысле – знакомый, но в позапрошлом году мы схватились с ним на Канарах из-за стоянки с пресной водой. Он не прочь пограбить своих же белых. Но драккар у него хороший.

– А он не пойдет с нами? – спросил Ян, подошедший к нам.

– Посмотрим, – наконец сказал он решительно. – Эй, спустите парус! Пусть они нас догонят! И вооружитесь на всякий случай, – уже тише добавил он.

Драккар ван дер Бока и в самом деле начал быстро нас нагонять. Его нос украшала улыбающаяся морда акулы, вдоль ближнего к нам борта цепочкой стояли с десяток лучников. У носа – ногами наружу – сидел, не держась ни за борт, ни за нос, затянутый в черную кожу и казавшийся из-за этого очень высоким и худощавым мальчишка лет шестнадцати, на коленях поблескивала длинная шпага. Он улыбался во весь рот.