Скажи мне «да». Возвращение

Трин и не знала, что там такая чувствительная кожа… Снежинка вздрагивала от каждого прикосновения, сердце подпрыгивало в груди, она задыхалась от водоворота эмоций, Хотелось выплеснуть их, поделиться с кем-нибудь, а Сол почему-то медлил, продолжая щекотать горячим дыханием её ухо.

— Поцелуй меня, — еле слышно прошептала Трин, крепче сжав его пальцы.

До неё донёсся резкий вздох Проводника, ещё одно томительное мгновение ничего не происходило, а потом к её приоткрытым губам прижался горячий, требовательный рот Сола.

Восторг затопил горячим шоколадом, волной прошёлся по телу, а когда Трин почувствовала, как пальцы Неля осторожно, нежно раздвинули влажные складки и погладили, не сдержала глухого стона. Бёдра подались навстречу деликатной ласке, чувствительная точка загорелась огнём, и мир вспыхнул разноцветными искрами. Триинэ перестала осознавать себя, различать, что рядом двое, она осталась наедине с нараставшим удовольствием, которое дарили умелые прикосновения Неля и долгий, чувственный поцелуй Сорела. Когда же она ощутила осторожное, медленное проникновение пальцев внутрь, а там, где они были только что, оказались губы и язык Огненного, Трин дёрнулась от неожиданности, охнув в голос и распахнув глаза.

На щёки плеснуло горячим, кольнул острый приступ смущения, и её руки метнулись к плечам Неля в бессознательном жесте, но Сол перехватил, аккуратно сжал запястья и жарко выдохнул на ухо:

— Ш-ш-ш-ш, Трин, всё хорошо…

А она уже отвлеклась от собственных переживаний, изумлённо уставившись на Керстена, точнее, на его спину: татуировка переливалась оранжевыми и багровыми искрами, а кое-где по коже стелились небольшие язычки пламени, правда, тут же пропадавшие.

В полутьме комнаты зрелище завораживало, однако очень скоро действия Неля отвлекли, снова погрузив в восхитительные, волшебные ощущения, наполнявшие удовольствием каждую клеточку. Напряжение внутри нарастало, чувствительная точка пульсировала в такт нежным прикосновениям, и Трин опять зажмурилась, послушно выгибаясь навстречу. Разраставшееся желание покусывало, тянуло мышцы, которые в нетерпении сжимались, и хотелось большего… С губ девушки срывались тихие стоны, перед глазами расцветали причудливые цветы, она задыхалась от водоворота эмоций.

Когда вдруг пальцы пропали, оставив Трин на самой грани, она чуть не мяукнула разочарованно. Сердце отбивало рёбра так сильно, что казалось, на них утром синяки останутся, а воздуха катастрофически не хватало.